Вторая и последняя. В Британии "Лондонский мост рухнул"

При всем величии и глобальной значимости фигуры этой миниатюрной старушки, вызывавшей симпатию и прочие положительные эмоции, особенно если не знать, в какой стране она царствовала, даже для самой Великобритании ее кончина – это всего лишь, что "Лондонский мост рухнул". Их вариант нашего "Чьерт побьери". Кодовая фраза, согласно секретному плану, разработанному еще в 60-х на случай монаршей смерти, означающая, что скорбный час пробил. Несмотря на эту секретность, все ходы после ухода королевы не только прописаны, но и хорошо известны.

Как известно и то, что самый черный день назван литерой Д. К последующим добавляется номер. Д+1, Д+2 и так до погребения на десятые сутки. А вот дальше никакого плана нет. Ни тайного, ни явного. Потом наступает то самое время Ч, когда каждый день – день Х, и уже не только Лондонский мост рухнуть может, но и Биг Бен обвалиться. Достаточно посмотреть на эти скорбные физиономии, изображающие вселенскую грусть. Лицемеры. Борис Джонсон, что развлекался в шумной компании у себя в офисе, когда королева из-за ковид-ограничений в одиночестве оплакивала супруга. И вся такая в черном Лиз Трасс, которая и вовсе ратовала за упразднение монархии.

И даже Чарльза, дольше всех в английской истории ждавшего своей очереди, британские СМИ рисуют жадно потирающим руки. В субботу его официально провозгласят Карлом III. Более трех столетий они на знали Карлов и нисколько не переживали. Потому что у предыдущих как-то не задалось. Первый слишком много на себя взял, был предан парламентскому суду и казнен. При Втором лондонская чума унесла свыше 100 000 жизней. Судя по тому, какой премьер-министр достался Третьему, и учитывая ее неистовую вовлеченность в войну на Украине, он сразу мог бы назвать себя Карлом Двенадцатым. Тем более что Лиз Трасс пообещала ему поддержку.

А в ее случае правильней говорить, пригрозила. Она уже поддержала того же Джонсона, когда был в должности. И где он теперь? А как она поддерживает укронацистов, о том говорят их свежие кладбища. Так что Его Величеству стоит быть поосмотрительней. И помнить, что она была последней, с кем его матушка фотографировалась живой. Конечно, когда тебе 96, каждый день может стать днем Д. Но еще во вторник, принимая Трасс, она, казалось, была в здравом уме и твердой памяти. Возможно, именно это ее и доконало. Глядя на существо, явившееся к ней за благословением, она вдруг вспомнила, с каким премьером она начинала, и поняла, чем все это может закончиться.

Впрочем, пусть Лиз Трасс далеко и не Уинстон Черчилль, но она уже точно займет свое особое место в английской истории. На ней закончилась эпоха. А, скорее всего, и еще та классическая Великобритания, которая при третьем Карле может стать совсем карликовой. И это в лучшем случае. Как сказала сама премьерка: "До моего прихода страна стояла на грани пропасти. Я же хочу, чтобы она сделала шаг вперед". Королева туда уже шагнула.