Эфирные волны и газетные полосы в кои-то веки не гудят русофобией и нашей "агрессией против европейских ценностей", а рефлексируют, как тотальное безразличие одних и дешевое политиканство других привели к тому, что 41 процент жителей Пятой республики – либо иммигранты, либо потомки иммигрантов в первом поколении, либо женаты или замужем за иммигрантами.
Доклад, выпущенный профильным НИИ и составленный тремя десятками исследователей (социологов, культурологов, историков), делает тот вывод, от которого у завсегдатаев парижских политгостиных волосы встали дыбом.
Францию не узнать: за четверть века ее власти в угоду политкорректным мантрам и глобалистским проповедям из хранительницы традиций католической веры и неуклонного им следования превратили страну в какую-то "гулящую девку", стремящуюся понравиться тем, кто, собственно, ее использует, как хочет.
Французский политический суверенитет, который, по идее, должны были защищать те, кого выбирали на высший пост в стране, пошел по рукам и был позорно растрачен.
Все началось в начале нулевых при Жаке Шираке. Продолжилось при Саркози. "Большой" Жак, тем не менее, умел лавировать между различными наднациональными элитами, и ему хватило ума не влезать в американскую милитаристскую авантюру в Ираке, как и не трепыхаться в военных тенетах НАТО, оставив членство в альянсе лишь на политическом уровне.
Его преемник Николя Саркози придерживался диаметрально противоположной позиции. Атлантист до мозга костей, он молился на Вашингтон, на НАТО, на коллективного Обаму. Поэтому он резво, теряя политические штаны, бегал за всеми глобалистскими элитами. Ливия и свержение Каддафи – это его авантюра. Его кратковременный успех. И его же сокрушительное поражение.
Ну а потом началось то, что во Франции называют le retour de bâton, иными словами, если по-русски, "тем же концом по тому же месту".
Миграция, практически вся – нелегальная. Взрыв преступности, который последовал вскоре после. Из страны безопасной и комфортабельной для жизни Пятая республика стала – и так считают в Интерполе – самым криминогенным государством в ЕС.
Наличие миллионов нелегалов неизбежно поменяло привычки коренных французов. Отсутствие политической воли, которая и обеспечивает суверенность, привело к катастрофе в экономике. Необходимость содержать, кормить и лечить нелегалов оказалась непосильной для закредитованной по самое не могу финансовой системы.
И вот сейчас – констатация факта. Очень неприятная. И не сулящая абсолютно ничего хорошего. Как было написано на том месте, где стояла Бастилия, ici on danse (здесь танцуют), на территории, которую мы привыкли считать мощной европейской страной, авторы доклада написали – ici on était la France, или – здесь когда-то была Франция.
Радио Sputnik в MAX. Подписывайтесь!