Французские дипломаты намерены сегодня вылететь в Дамаск. По версии МИД – постараться наладить контакты с теми, кто называет себя новой властью в Сирии. В списке обсуждаемых тем наверняка значится возвращение беженцев.
"После того, как к власти в Сирии пришли исламисты-повстанцы, Австрия, Германия, Дания, Норвегия – и в будущем Франция – готовы приостановить рассмотрение прошений о статусе беженцев гражданам Сирии". Это цитата из публикации в консервативной "Фигаро". Но такого рода корреспонденции сейчас можно прочесть практически в любом европейском медиа, вне зависимости от его политической ориентации.
Чтобы понять, что скрывается за вполне бюрократическо-административным тоном статьи, стоит вспомнить, как все начиналось. Ровно девять лет назад, в декабре 2015-го года, когда сотни и сотни тысяч сирийцев штурмовали внешние границы Евросоюза, пробираясь главным образом по так называемому "балканскому маршруту", Ангела Меркель практически единолично приняла решение открыть КПП и разрешить сирийцам войти в "райский сад". "Мы справимся", – громогласно заявила экс-федеральный канцлер.
Евросоюз раздавал в тот момент беженский статус направо и налево, не слишком заботясь о возможных последствиях. Экономика перла вверх, как опара на хороших дрожжах, в Германии, где рост ВВП увеличивался ежегодно, наблюдался дефицит рабочих рук. Беженцев и тех, чьи прошения только рассматривали власти, обязывали выполнять самую неквалифицированную работу, оплачивая ее по таксе 1 (один) евро в час.
Во Франции ситуация была схожей, с той разницей, что просителям не разрешалось работать (официально), но их быстро находили те, кому требовались нелегальные дешевые трудовые ресурсы. Сирийцев использовали, в частности, на сборе винограда для знаменитых сортов шампанского. Относясь к ним немного лучше, чем к домашнему скоту.
В Италии беженцы, едва очутившись на том же острове Лампедуза, попадали в руки мафиози, торгующих людьми, и отправлялись принудительно горбатиться на полях фермерских хозяйств. Они собирали овощи и ягоды.
Все эти люди, практически без исключения, говорили, что причина их вынужденного перемещения – страх перед исламистами и боевиками ИГ*. Но тогда, когда главной целью коллективного Запада было ослабление власти Асада, стрелки и официальной пропаганды, и официальной политики, легко переводились в нужном направлении. И там, где нужно, исламизм заменялся на "угрозу жизни, которую несет режим Асада". Который против "свободы, гражданского общества и не соблюдает права человека". Сейчас, вот в эти самые минуты, методички европейской медийки, срочно переверстанные, внедряют мысль о том, что "в Дамаске все спокойно".
Вплоть до сегодняшнего дня единственной преградой для высылки беженцев обратно, то есть из Европы в Сирию, была невозможность их принятия в стране рождения. Как только договоренность с исламистами-повстанцами по этому поводу будет достигнута, никаких юридических препятствий для возвращения тех, кого европейцы приняли, – на самом деле обманули – не будет.
Что ж, мы убедились еще раз, что жизни тех, кто не родился в "райском саду", для еэсовских властей не имеют ни ценности, ни значения.
* Запрещенная в России террористическая организация.
Такого Telegram-канала, как у нас, нет ни у кого. Он для тех, кто хочет делать выводы сам.