Ситуация в Дагестане, взрыв в Казахстане и симфония шахтерам Донбасса

Кем и зачем могла быть запущена "утка" о прибытии израильских беженцев в Дагестан? Что послужило причиной взрыва на шахте в Казахстане и как можно избежать подобных аварий? Чем опасны косметологи без дипломов и возможно ли исправить их ошибки? Как меняются тенденции в сфере косметологии и пластической хирургии? Как родилась идея создания симфонии шахтерам Донбасса?

Ответы на эти и другие вопросы – в программе "ИЗОЛЕНТА live" на радио Sputnik.

Гости:

– Богдан Безпалько, член Совета по межнациональным отношениям при Президенте России;

– Юрий Нестеров, горный инженер, ведущий эксперт по безопасному ведению горных и взрывных работ Межрегионального научно-технического центра "Стройнефтегаз";

– Татьяна Баллирано, врач дерматолог-косметолог, главный врач клиники "Баллирано", член МООСБ;

– Вардан Аршакян, кандидат медицинских наук, доцент кафедры пластической хирургии МИ РУДН, пластический хирург, онколог-маммолог, косметолог;

– Алексей Сергунин, пианист и композитор, лауреат международного конкурса им. С. Рахманинова, член союза композиторов России;

– Кира Сазонова, юрист-международник;

– Кирилл Вышинский, главный редактор Радио Sputnik.

Богдан Безпалько: очевидно, что подобного рода попытки дестабилизировать российские регионы будут предприниматься и в дальнейшем. В Дагестане это тоже не первая попытка. Одна из первых была в январе в связи с трагедией семьи Султановых. В данной ситуации все это сыграло на фоне арабо-израильского конфликта и обострения религиозных чувств верующих, в частности, мусульман Дагестана. Дагестан – это регион многонациональный, а в основном мусульманский. Там молодежь более религиозна и консервативна, чем старшее поколение, как ни парадоксально это звучит. А молодежь всегда активна, всегда горяча, всегда хочет исправить то, что считает несправедливостью. Поэтому запущенная утка о том, что в Дагестан прибывают беженцы из Израиля, сыграла на беспорядки. Надо научиться бороться в информационной сфере, надо научиться с теми информационными каналами, которые вбрасывают подобного рода информацию. И надо оперативнее реагировать на подобные вызовы, даже несмотря на всю абсурдность ситуации. Кто в здравом уме стал бы направлять беженцев из Израиля в Дагестан? Вот об этом никто не задумывался из молодых людей в Дагестане. Но, тем не менее, религиозные, рациональные чувства играют такую злую шутку.

Богдан Безпалько: я понимаю тех молодых людей в Дагестане, которые пытались ворваться в аэропорт. Но если они настолько переживают, что им мешает просто уехать и вступить в тот же ХАМАС. ХАМАС в России не запрещен. Что же вы дома-то воюете?

Юрий Нестеров: не проходит и года, чтобы в мире не произошла авария на угольной шахте. Наибольшая аварийность имеет место там, где не уделяется достаточного внимания соблюдения правил по безопасному ведению работ. Но даже там, где все находится на должном уровне, все равно время от времени происходят катастрофы. Что касаемо нашего сегмента, то я с уверенностью могу сказать, что шахтеры – одна из самых сложных профессий. Существуют и организационные причины у нас. Недостаточный контроль за выполнением работ со стороны инженерно-технического персонала и дисциплина хромает.

Юрий Нестеров: здесь может быть факт такой, что работник, которому хочется заработать денег. Но, когда ты хочешь заработать больше денег, то ты должен сделать больше. И могут происходить данные техногенные катастрофы. Очень многое зависит от человеческого фактора, который выполнял какие-то работы, даже не зависящие от них. Например, комбайн на чалку наехал. Никто не мог предусмотреть. Произошел взрыв, и погибли люди.

Татьяна Баллирано: если раньше тренд был на большие губы, большие скулы, лицо-утюг – то есть, большие подбородки, – то сейчас лицо меняется. Тренд больше на натуральность, поэтому вот это поколение Z пришло, 30-ти летних девчонок, которые стали следить за качеством кожи, за натуральностью. Поэтому сейчас перестраивается косметология. Стало много аппаратных методик, направленных на улучшение качества кожи и менее заметные вооруженному глазу.

Вардан Аршакян: сегодня интеллектуально думающий пациент, который приходит к нам, он по-другому смотрит на свою внешность. Но есть и большая доля процента, которая еще остается в том направлении, которое можно назвать "лицо-утюг", "богатая алкоголичка", то есть, когда много филлеров. Важно выделиться, важно себя показать. Женщины хотят соответствовать картинкам в соцсетях и стремятся выглядеть так, как им выдал поисковый запрос, и с ним они приходят к специалисту. И здесь вопрос в том, готов ли специалист идти на поводу пациентки.

Алексей Сергунин: с самого начала СВО, это время совпало с моей подготовкой к этому конкурсу. И в итоге побудило меня написать сочинение, которое называлось "Скерцо в русском стиле". Я очень быстро его сочинил, буквально на одном дыхании, тем более в связи с отменой русской культуры. И это вылилось в такое произведение. Это была первая с моей стороны поддержка бойцов. Также я начал писать концерт-симфонию русскому Донбассу.

Кира Сазонова (о событиях в Дагестане): это не случайное событие. Это событие, которое, как мне кажется, было инспирировано и проконтролировано четко извне. То есть, кураторы находились за пределами России. И если мы посмотрим на те вещи, которые последние полтора года пытается продвигать российская оппозиция за рубежом и различные государства, недружественные России, то это очень простая позиция с простым акцентом как раз вот на эту многонациональную, многоконфессиональную сущность России. Потому что балансировать с такими вводными – это большое искусство. Взяли такую очевидную вещь и начали бить как раз в эту точку. Причем, сама по себе вся эта история с точки зрения повода была без преувеличения глупой, странной. Ну какие еще израильские беженцы? Причем здесь Дагестан? То есть, здесь настолько все шито белыми нитками. Но если люди подогреты, то им, по большому счету, все равно, против чего выступать, главное подготовительная работа проведена.

Кира Сазонова: очень важным моментом является то, что на израильском ТВ были прямые репортажи того, что происходит в Дагестане. И очевидно совершенно, что пытались и пытаются и будут пытаться стравить Россию и Израиль.

Кирилл Вышинский: Пономарев* – просто человек, который пытается поднять руку и сказать, что это его дело рук. Но мне кажется, что гораздо серьезнее здесь должен идти разговор о тех современных информационных ресурсах, которые провоцируют подобные действия. В этом смысле нужно обратить внимание на опыт Белоруссии, где в КоАП (кодекс об административных правонарушениях, – ред.) введена статья за распространение, формирование экстремистских Telegram-каналов и чатов. После того, как их признают экстремистскими, они могут вместе с аудиторией попасть под уголовную ответственность.

Кирилл Вышинский: когда мы говорим об Украине, то мы должны помнить, что на Украине действует военное положение. Это совершенно другой правовой режим, который останавливает некий ряд демократических прав и свобод. То есть, там сейчас другая правовая реальность. Но даже в этой правой реальности, например, мониторинговая миссия ООН фиксирует, что более 6 тысяч дел на сегодняшний день на Украине, возбужденных по новой статье "Коллаборация", сотрудничество с оккупационным режимом, как они называют нас, все эти дела говорят об их близости к политическим репрессиям.