Вступление в силу новых правил поставки газа на внутреннем рынке перенесено на 1 марта 2024 года. Отмечается, что это связано с многочисленными противоречиями между участниками рынка – поставщиками и потребителями. Почему это происходит? Что в этой ситуации является реальной проблемой как для нефтегазовых компаний, так и для государства? Почему важно разделять понятия "нефтяные" и "газовые" доходы? Ответы на эти и другие вопросы ищем вместе с экспертом в эфире радио Sputnik.
Ведущий: в ближайшие 15 минут попробуем разобраться с обновленными правилами поставок газа на внутреннем рынке, которые по текущему плану вступят в силу на полгода позже. С нами на связи Валерий Андрианов, эксперт аналитического центра "Инфотэк", доцент Финансового университета при правительстве России. Можно вас попросить прокомментировать поподробнее, что не устраивает в проекте правил поставщиков потребителей газа?
Валерий Андрианов: речь идет о том, что данные правила планируется спроектировать, скажем так, в интересах поставщиков. Проще говоря, в интересах "Газпрома", который сейчас пытается найти новые центры прибыли на фоне потери европейского рынка газа. Компания пытается частично возместить выпавшие доходы, к сожалению, за счет внутреннего рынка.
Вопрос в том, должно ли государство помогать "Газпрому" и исправлять собственные же ошибки "Газпрома", поскольку сам "Газпром" в свое время не занимался диверсификацией рынков сбыта и клал яйца в одну корзину, поставлял газ в Европу. Сегодня компания столкнулась с ситуацией, когда она вынуждена искать какие-то возможности для новых источников прибыли. И пытается их найти на внутреннем рынке, что не очень хорошо для российской экономики в целом.
Ведущий: я вас правильно понимаю, что в данном случае речь идет только про газ? Про распределение нефти здесь другая ситуация?
Валерий Андрианов: да, здесь другая ситуация и, кстати, "Газпром" несколько подставил своих коллег нефтяников. Поскольку сейчас идет достаточно сильное падение нефтегазовых доходов и зачастую слово "нефтегаз" не разделяют на нефть и газ. С нефтью ситуация у нас достаточно стабильна. Несмотря на внешнее давление, мы все-таки сохранили свой экспорт, нашли новые рынки, а дисконты на нашу нефть за год сократились почти в два раза. То есть нефтяная отрасль достаточно успешно пополняет бюджет. А вот у газовой отрасли есть проблемы с наполнением бюджета страны. То есть газовики, во-первых, меньше вносят в бюджет, чем это было ранее. А во-вторых, эта ситуация с сокращением нефтегазовых доходов провоцирует разговоры о необходимости увеличения фискального давления, то есть увеличения налогов. Причем не только на "Газпром", а в целом на "нефтегаз", то есть на те самые нефтяные компании, которые свои обязательства и так выполняют перед бюджетом. При этом нефтяные компании тоже имеют свой предел прочности и, если продолжать на них постоянно давить, то они не смогут и дальше поддерживать объемы добычи, экспорта, объемы поступления в госбюджет. То есть это очень такая тонкая система, и такая не очень хорошая ситуация, которая возникла во многом с подачи "Газпрома".
Ведущий: есть тезисы, которые высказываются, о том, что гипотетически может ситуацию сбалансировать рынок. Рыночные отношения. Насколько это возможно, насколько вообще уместно сравнивать с другими областями?
Валерий Андрианов: если мы говорим о рынке газа, то действительно, можно уповать на рынок. Но, опять-таки, вернемся к государству. Кто у нас регулирует рынок. Рынок у нас государство. Вот сейчас обсуждается горячая тема повышения оптовых цен на газ на 8% в этом году. Напомню, предыдущее повышение было в декабре прошлого года на 8,5%. То есть, по нефти и нефтепродуктам государство против повышения цен для промышленности, по газу – наоборот, принимается решение о том, чтобы эти цены повышать. Просто опять-таки отрасль находится в неравных отраслях, в неравных отношениях. Где-то поддерживается рынок, а где-то наоборот ограничивается развитие этого рынка какими-нибудь искусственными методами.
Ведущий: я правильно понимаю, что здесь вот речь может тоже идти о принципе Take or Pay?
Валерий Андрианов: да, это такая схема, которая чаще всего используется в международных расчётах. Эта мера для поставщика выгодна, то есть, она страхует его от определённых рисков. Ранее "Газпром" заключал такие контракты с иностранными контрагентами и за это можно было только похвалить.
Но когда такая вот схема навязывается внутреннему рынку, то возникают вопросы. Понятно, что у нас сейчас ситуация не самая стабильная. У нас есть и определённые проблемы в экономике, есть, наконец, санкционные риски. Таким образом покупатель газа может и не выбирать весь объем вследствие того, что он столкнулся с теми или иными рисками. Вот и получается, что поставщик газа, фактически государство, которое одобрило схему Take or Pay – оно оказывает дополнительное давление на отечественных производителей. То есть, они будут вынуждены платить дополнительные деньги за газ, который они не потребили, а не потребили они его, потому что у них реальные проблемы возникли с производством. Надо сто раз подумать, прежде чем вводить подобную схему. Стоит ли переводить отечественных производителей в такие жёсткие условия, которые действуют в международных расчётах? Я думаю, что в данной ситуации надо наоборот думать о том, как создавать стимулы для потребления газа. Если мы хотим развивать внутренний рынок, надо развивать его не методом кнута, а надо думать, что сделать для того, чтобы компании больше потребляли, больше спрос был. Вот именно в эту сторону надо думать, а не о том, чтобы как-то крутить гайки и выжать из потребителей как можно больше.
Ведущий: тот факт, что откладывают введение этих правил – о чем говорит?
Валерий Андрианов: совет рынка приводил свои расчёты, которые свидетельствуют о том, что предлагаемые меры негативно отразятся на бизнесе. Думаю, что государство услышало позицию потребителей, которые оказались не совсем согласны с предложением "Газпрома". Понятно, что газовая корпорация столкнулась с проблемами. Но, во-первых, эти проблемы были отчасти спровоцированы самим "Газпромом", во-вторых, нельзя эти проблемы решать за счёт реального сектора экономики. Поскольку это даже не население будет страдать, для населения там совершенно другая система ценообразования.
Ведущий: да, мы говорим про промышленное потребление газа.
Валерий Андрианов: мы говорим про промышленное потребление, то есть, мы можем нанести серьёзный удар по тому сегменту, который сейчас нуждается в особом внимании на фоне тех процессов, которые происходят. Сейчас все внимание должно быть сосредоточено на поддержке российской промышленности в это сложное время.