Гнойник ненависти: Франция погружается в гражданскую войну

Рутинный контроль полицейского патруля закончился трагедией – страж порядка в упор застрелил Наэля, единственного сына матери-одиночки. Причина драмы – по версии стрелка – отказ подчиниться приказу остановиться для проверки документов и угроза жизни правоохранителя. Видео, снятое из двух оказавшихся по соседству автомобилей, противоречит этим показаниям.

Mercedes AMG (стоимостью 60 тысяч евро) ехал с превышением скорости по "выделенке" (это нарушение ПДД), и за рулем находился подросток, у которого не было водительских прав. Машина была взята в аренду. Кем именно, предстоит установить. Первое требование остановиться было выполнено – не без усилий со стороны патруля. Находившийся за рулем Наэль открыл окно, полицейский приставил к его виску табельный пистолет и потребовал предъявить документы. После короткой перепалки полицейский в момент, когда подросток нажал на акселератор, спустил курок. Наэль был застрелен в упор.

Франция знавала схожие драмы, но впервые полицейский выстрелил в безоружного несовершеннолетнего, и происшедшее было все снято на видео. Франция знавала схожие волнения в городах и пригородах, но впервые они начались на фоне глубочайшего кризиса в экономике и во внутренней политике. Страна – и тоже впервые – может запылать так, что восстание "желтых жилетов" покажется милым карнавалом.

Гнойник ненависти слишком долго зрел, и властям либо придется сказать обществу правду, что происходит, вскрыв и вычистив тем самым абсцесс практически без наркоза, либо отделаться полу- и четвертьмерами, вновь заметая грязь под ковер, как это делает нерадивая хозяйка.

Итак, если власти выберут первый вариант, что им придется сказать обществу?

Главное – несмотря на все лозунги про равенство и братство, расизм в стране не просто существует как социальное явление, им затронуты важнейшие госинституты. Это юстиция и образование. Кучное расселение бедноты на протяжении многих лет дало свои плоды: у ребенка из семьи с крошечным доходом шансов, чтобы получить высшее образование и вырваться из нищеты, в десятки раз ниже, чем у его сверстника из благополучных кварталов.

Второе – у подростка из того же неблагополучного квартала шанс подвергнуться тому же рутинному контролю личности в общественных местах и на транспорте в десятки раз выше, чем у его сверстника из того же благополучного квартала.

В обоих случаях, нравится сказанное или нет, первая и главная причина – цвет кожи. Манера одеваться и даже специфический акцент, с которым говорят подростки из таких вот районов, их еще стыдливо называют "гетто".

В этих "гетто" давно не работают социальные лифты, поэтому выбор жизненного пути сводится либо к неквалифицированной (то есть малооплачиваемой) работе, либо к торговле запрещенными веществами. Государство от решения фундаментальных проблем равенства социальных шансов давно самоустранилось. Как-нибудь рассосется, думает государство. В конце концов, именно ведь из этих кварталов вышли Мбаппе и Зидан. Государство делает вид, что не в курсе – если бы Зидан не был отправлен еще подростком в футбольную школу, абсолютно неизвестно, как сложилась бы судьба великого футболиста, родившегося едва ли не в самом жутком квартале Марселя. Если бы Килиана Мбаппе не заметили в том же подростковом возрасте тренеры монакского клуба и не отправили туда учиться, судьба бомбардира сборной Франции могла бы сложиться иначе.

Наэль занимался спортом, только не футболом, а регби. Мечтал о спортивной карьере. Вечерами помогал маме, подрабатывая доставкой пиццы. На мечте крест поставила пуля. Мать потеряла единственного сына, и нет никаких оснований считать, что подобная жертва – последняя. И что драма, подобная той, что произошла в Нантерре, тоже последняя. Франция, по большому счету, должна не морали читать России, стоя на воображаемом пьедестале "нравственного превосходства", а бороться с расизмом, разъевшим социум, как ржавчина разъедает металл, практически до основания.