Нессельроде: канцлер или все-таки кулинар?

Двадцать третьего марта 1862 года скончался граф Карл Васильевич Нессельроде, канцлер и министр иностранных дел Российской империи. Пример человека, который умел с полунамека угадывать желания своих державных начальников – и Александра I, и Николая I: чего изволите?

Николай после восстания декабристов понял опасность для России, кроющуюся в революции. Это вам не бунт Пугачева, пусть и масштабный. Тут похлеще – дворяне, опора престола, пытались уничтожить своего монарха и страну. Николай понимал, что если бы декабристы победили, то Россия была бы ввергнута в пучину хаоса. Нам, пережившим 91-й год, это хорошо понятно. Не сразу, конечно, но поняли: эволюционный путь развития всегда лучше любой распрекрасной революции. Николай был противником любых революций.

Это настроение императора чутко уловил Нессельроде, а посему он ориентировался во внешней политике на консервативные Австро-Венгрию и Пруссию. Неслучайно его иронически называли "австрийским министром русских иностранных дел". Впрочем, Нессельроде считали и английским агентом. А в обществе и вовсе говорили, что его недальновидные решения вредили интересам России. Кто-то был убежден, что он – истый патриот. А сам Нессельроде, так и не научившийся хорошо говорить по-русски, любил повторять: "Я служу не России, а императору всероссийскому". О русских же говорил всегда с пренебрежением: "Правда, среди них встречаются приятные люди, но, когда я вижу умного русского, я всегда думаю: как жаль, что он не родился немцем"...

Историк Евгений Тарле писал, что основной его целью было сохранить свое место министра иностранных дел, поэтому входя в императорский кабинет для доклада, Карл Васильевич никогда не знал в точности, с какими политическими убеждениями он из него выйдет. Поэтому и просидел в кресле министра так долго. Видимо, он, как небезызвестныйучитель Беликов, был человеком умеренным и аккуратным: "Оно, конечно, так-то так, все это прекрасно, да как бы чего не вышло"...

Но все закончилось печально. Нессельроде помог Австро-Венгрии в 1849 году подавить Венгерскую революцию. Именно тогда Россию стали называть "жандармом Европы". Зато во время Крымской войны австрийцы, в нарушение обязательств, не поддержали Россию. Мы оказались в полной изоляции.

И в этом несомненная вина Нессельроде, поскольку именно он десятилетиями выстраивал однобокую, а посему недальновидную внешнюю политику. К тому же канцлер, видимо, не прочувствовал роста антироссийских настроений во Франции и Британии. С Лондоном все понятно: русско-британская "Большая игра" в Азии шла полным ходом. В Париже же вынашивали идею реванша за поражение Наполеона. К тому же французы и британцы опасались проникновения России в Средиземноморье, которое они уже между собой поделили. Да и западная пресса подливала масла в огонь, заявляя, что Россия вот-вот захватит Константинополь.

И Нессельроде в этой ситуации оказался не на высоте. Он не сумел ни разрушить создававшийся антироссийский комплот, ни создать ему достойный противовес. То есть, говоря без околичностей, канцлер в этой политической игре не смыслил ни уха, ни рыла – он не смог ничего предотвратить и ничего создать. И это имело трагические последствия. И тут нет смысла говорить о том, кем он был – патриотом или предателем, надо говорить о том, что его уровень, как говорили его современники, – место посланника в захолустном Ольденбурге, а фортуна вознесла его на место канцлера империи. И на этом посту он не смог достойно защищать национальные интересы России. При этом, следует отметить, многие сановники говорили о Нессельроде как об опытном и даже выдающемся администраторе. Однако в основном такие отзывы оставили его коллеги по государственной службе. Из своих выгод.

Вспоминается диалог из фильма "Тот самый Мюнхгаузен":

– Мне сказали – умный человек.

– Ну мало ли что про человека болтают...

Крымская война – это не единственный просчет Нессельроде. Например, с его подачи была заключена российско-американская конвенция 1824 года о торговле, мореплавании и рыбной ловле, позволившая кораблям США заходить во внутренние моря и заливы Русской Америки "для производства там рыбной ловли и торговли с природными той страны жителями". В конечном итоге это подорвало финансовое благополучие нашей Российско-американской компании и привело к ее ликвидации. Тут даже сложно сказать, почему Нессельроде пошел на столь невыгодную сделку. Скорее всего, ему было попросту наплевать, что там на востоке творилось. Дескать, Россия – огромная страна, от нее не убудет. Также, наверно, будет рассуждать в 1990 году и глава МИД СССР Шеварнадзе, подписывая крайне невыгодное для нас соглашение с США о разграничении экономических зон и континентального шельфа в Чукотском и Беринговом морях...

Нессельроде уступил и нажиму британцев, заключив Лондонскую конвенцию о проливах 1841 года, по которой Босфор и Дарданеллы объявлялись в мирное время закрытыми для военных судов всех стран. Таким образом, Россия утратила преимущественное положение в проливах.

Дипломат Тютчев назвал в одном из стихотворений своего начальника Карла Нессельроде карликом:

Нет, карлик мой! трус беспримерный!

Ты, как ни жмися, как ни трусь,

Своей душою маловерной

Не соблазнишь святую Русь…

А мемуарист Филипп Филиппович Вигель написал о других "достижениях" Нессельроде: "Из разных сведений, необходимых для хорошего дипломата, усовершенствовал он себя только по одной части: познаниями в поваренном искусстве доходил он до изящества".

Нессельроде имел репутацию великого гастронома. Именем канцлера названы "пудинг Нессельроде", "суп Нессельроде", "майонез Нессельроде". Видимо, поэтому Лесков в "Левше" и вспомнил простонародное искажение фамилии канцлера – "Кисельвроде": нечто кулинарное и непонятное, вроде каши-размазни.

Из этого можно сделать вывод, что именно кулинария была настоящим призванием Нессельроде. И чего он не пошел в рестораторы?..

Он и женился весьма выгодно – на перезрелой, но баснословно богатой дочери министра финансов Гурьева. Ростом она была заметно выше своего супруга. Граф Федор Гаврилович Головкин по этому поводу вспоминал: "Госпожа Нессельроде... была высокого роста и полна, что придавало ее мужу вид, как будто он выпал из ее кармана. Она была умна, поворотлива и хорошо умела обращаться с императором Александром I, придавая себе важную осанку, которая была бы не к лицу худенькой внешности ее мужа, смахивающего на карикатуру, между большой женой, высоким ростом государя и громадным счастьем, выпавшим на его долю".

Единственное утешение: Нессельроде на посту министра иностранных дел сменил князь Александр Михайлович Горчаков.

Коротко и по делу. Только отборные цитаты в нашем Телеграм-канале.