"Посмотрим" – это же не "Поехали!". В нем нет ни определенности, ни предвкушения, ни оптимизма. Но и этот глагол передает гамму их чувств и эмоций. Растеряны. Не знают, что и думать. А главное – оказались в положении второго номера.
В своем Белом доме Джо Байден оставался едва ли не единственным, кто еще не комментировал публично российские предложения по гарантиям безопасности. Хотя, по словам Владимира Путина, сам же во время их видеосвязи предложил перейти к конкретике и создать группы переговорщиков для ее обсуждения. Но когда мяч оказался на его стороне, только и сделал, что "сыграл рукой". Причем, возможно, не ведая, что она творит. Да и сама эта его "правая рука" Камала Харрис, похоже, не очень-то понимала, что несет, когда грозила России такими невиданными санкциями, о которых она даже сказать не может. Тем не менее, и она отметилась.
А те его подчиненные, что имеют прямое отношение к геополитике, и вовсе все уши прожужжали о полезности одних наших пунктов и неприемлемости других. Он же все отмалчивался. Не то чтобы скрывался от камер, но выбирал формат, исключающий вопросы про это. Были обращение к нации по поводу "омикрона", семейный рождественский телемост, поздравление с праздником. Но вопреки традиции он даже не стал прилюдно подписывать военный бюджет, чтобы не нарваться на реплику из зала. Ведь напрашивалась же. "Не потому ли вы обошлись без антироссийских санкций, что хотите угодить Путину?", – наверняка поинтересовались бы у него.
И вот он все-таки попался. Человек слова: он сказал, "Посмотрим", когда у него спросили о вероятности его личной встречи с президентом России в январе. И вроде отмахнулся. "Посмотрим" – это же не "Поехали!". В нем нет ни определенности, ни предвкушения, ни оптимизма. Но и этот глагол передает всю гамму их американских чувств и эмоций. Растеряны. Не знают, что и думать. А главное – чувствуют дискомфорт оттого, что едва ли не впервые оказались в положении второго номера, когда не они формируют повестку. Понимают, что Москва не просто так сменила тон. Но даже представить себе не могут, как именно она поведет себя дальше.
Сплетнями о вторжении на Украину лишь выдают желаемое за действительное, доказывая примитивизм собственной военно-политической мысли. Их линейность ограничена пределами плоскости и не выходит на уровень объемной асимметрии. Поэтому на что он собирается смотреть? Вопрос, который ему задать уже не успели. Если на серию переговоров, что открывается 10 января встречей представителей МИД России и Госдепа США, то вряд ли он увидит там что-то новое. Если на Украину, то это его "посмотрим" там могут принять как заказ на "экшн".
Глава же Пентагона Ллойд Остин конкретно из-за нее распорядился оставить в Средиземном море уже готовый было к перебазированию авианосец "Гарри Трумэн". Эти, как они говорят, "сто тысяч тонн международной дипломатии". Или, как мы это называем, "жирную мишень". Владимир Путин ведь тоже как-то сказал, "Посмотрим". Можем в бинокль, а можем и в прицел. Так что, смотри, Джо, не просмотри.
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
О событиях в мире откровенно, остро, на грани – в авторском Телеграм-канале Михаила Шейнкмана.