Семнадцатого марта 1714 года был издан "Указ о фискалах и о их должности и действии", регламентирующий полномочия фискалов и меры по борьбе с взяточничеством и казнокрадством.
В древнерусском праве существовал запрет только на посулы ‒ взятки судьям. Наместники же и воеводы не получали особого жалования, а потому кормились за счет того, что им приносили челобитчики.
Но брали и судьи. Поэтому, например, купцы еще в XIXвеке старались избегать судебных тяжб, поскольку считали это делом очень дорогим. И наоборот ‒ судья, не берущий взяток, вызывал подозрение: "Ага! Деньги не взял, значит, мой противник ему больше дал!" Купцы вообще считали, что если не заплатил кому надо, то все решения суда какие-то несерьезные, не окончательные, лядащенькие. И попробуй такого купца убедить, что взятки давать и брать грешно!..
Петр I активно пытался бороться с казнокрадством. Действовал, как и всегда, жестко и жестоко: казнил, ссылал в Сибирь, рвал ноздри, вздергивал на дыбу. Но вся эта его борьба принесла мало пользы. Денег в казне после смерти Петра почти не осталось: уж слишком дорого обошлись России 20-летняя Северная война и его европейские прожекты. И в 1726 году Екатерина I постановила, что жалование отныне будет выплачиваться только президентам коллегий (министрам), "а приказным людям не давать, а довольствоваться им от дела по прежнему обыкновению от челобитчиков, кто что даст по своей воле". В общем, кормитесь со своей должности и своего казенного места.
Старинные российские серебряные монеты эпохи Петра Первого
У Александра Николаевича Островского в пьесе "Пучина" служащий в суде Кисельников говорит своему товарищу: "У нас ведь не из жалованья служат. Самое большое жалованье пятнадцать рублей в месяц. У нас штату нет, по трудам и заслугам получаем; в прошлом году получал я четыре рубля в месяц, а нынче три с полтиной положили. С дому сто рублей получаю. Кабы не дележка, нечем бы жить".
Приятель спрашивает: "Какая дележка?"
Кисельников объясняет: "По субботам столоначальник делит доходы с просителей, да я посмирнее, так обделяет"...
Островский знал, что писал: он в молодости поступил на место чиновника Совестного суда с жалованьем 5 рублей 62 с половиной копейки. Если бы не отец, не на что было жить!
При Николае I чиновникам значительно повысили годовые оклады – до 320‒350 рублей серебром. Много это или мало? Судите сами: квартира из трех-четырех комнат в те времена сдавалась на год никак не меньше 150‒200 рублей серебром...
Николай I начал тотальную борьбу со взяточничеством и казнокрадством. В общем-то, это была общемировая тенденция. Такая же борьба в те же времена шла и в странах Европы. Удалось ли? Перефразируя Венедикта Ерофеева об итогах мировой борьбы с коррупцией можно сказать, что она "изжита хоть и окончательно, но не целиком. Вернее, целиком, но не полностью. А вернее, даже так: целиком и полностью, но не окончательно".
Картина художника Карла Пиратского "Николай I со свитой"
В русском уголовном законодательстве XIX века взяточничество разделялось на две категории: мздоимство – получение неправомерных преимуществ за совершение законных действий и лихоимство – это незаконные действия, совершаемые должностным лицом.
Самые коррупционные сферы, как и всегда, как и во все времена, были и есть: строительство, госзаказы, особенно военные, регулирование частнопредпринимательской деятельности.
Сенатор Степан Васильевич Сафонов был послан с ревизией в Пензенскую губернию. Он приехал в Пензу вечером нежданно, и когда стемнело, вышел из гостиницы, сел на извозчика и велел себя везти на набережную.
‒ На какую набережную? ‒ спросил извозчик.
‒ Как на какую! ‒ отвечал Сафонов. ‒ Разве у вас их много? Ведь одна только и есть!
‒ Да никакой нет! ‒ воскликнул извозчик.
Оказалось, что на бумаге набережная строилась уже два года и что на нее истрачено было несколько десятков тысяч рублей, а ее и не начинали...
Впрочем, такое наглое лихоимство было редкостью. Казнокрады обычно действовали тоньше. Например, если строительство железной дороги велось за казенный счет, завышалась стоимость материалов, объемы работ, подделывалась финансовая отчетность. Говорят, что Транссиб обошелся почти в 5 раз дороже от изначально запланированных ассигнований.
Старинные монеты
А ведь еще предприниматели давали огромные взятки чиновникам за получение выгодных государственных концессий на строительство железных дорог.
Перед окончанием постройки железной дороги Петербург ‒ Москва граф Петр Андреевич Клейнмихель, главноуправляющий путей сообщения и публичных зданий – министр путей сообщения на современный лад, ‒ отдал ее на откуп американцам, заключив с ними контракт самый невыгодный для казны и для народа. Трудно сказать, получал ли Клейнмихель "подарки" от американцев и каким образом он сумел уговорить Николая I заключить кабальный документ. В феврале 1852 года, когда общий ропот по этому случаю был в разгаре, прибыл в Петербург персидский посланник со свитою. Государь повелел показать им редкости столицы, в том числе и новую железную дорогу. Сопровождавшие персиян, исполнив это поручение, подробно докладывали, что показано ими, и на вопрос Его Величества: "Все ли замечательное показано на железной дороге?" ‒ отвечали: "Всё".
Острослов князь Александр Сергеевич Меншиков, приближенный Николая I, находившийся при этом, возразил:
‒ А не показали самого редкого и самого достопримечательного!
‒ Что такое? — спросил Государь.
‒ Контракта, заключенного Клейнмихелем с американцами, ‒ отвечал князь.
В конце концов невыгодный контракт с американцами разорвали...
А скажем, после русско-японской войны ревизоры обнаружили, что Тульский патронный завод заплатил сотрудникам Главного артиллерийского управления за размещение заказа 1% от суммы контракта. Это то, что мы сейчас называем сленговым словом "откат". Тогда таких слов не знали, но схема действовала та же и так же безотказно. А в бухгалтерских книгах частных фирм часто записывались суммы, которые коммерсанты платили чиновникам. Даже не скрывали. А еще на государственные и религиозные праздники купцы, ремесленники, лавочники и прочие добровольно собирали деньги на подарки административным и полицейским чинам. Причем это была улица с двусторонним движением: чиновники получали весомый довесок к жалованью, а дающие знали, что к ним после этих "подарков" будет меньше придирок. И случаев вымогательства почти не фиксировалось. Все же делалось на добровольных началах!
Вообще, откровенное вымогательство денег чиновниками было большой редкостью в России в конце XIX – начале XX веков. Количество разного рода надзорных и проверяющих органов было невелико, "кошмарить" бизнес было некому и незачем. Коррупция полностью отсутствовала в сферах образования и медицины. Проблемной была полиция, за исключением сыска. Но это проблема извечная. Даже смена политического режима – будь то империя, страна Советов, федерация – мало влияла на коррупцию в полиции. Впрочем, как и во всем остальном мире. Вы и сами можете вспомнить массу фильмов, где, скажем, американские полицейские взяток не берут, но при этом они обедают бесплатно и получают в магазинах всякие товары, которые якобы записываются на их счет, которого никогда у них не было.
И еще любопытный факт. И весьма показательный. Недавний опрос среди россиян о том, как они относятся к коррупции. 85%, конечно же, сказали, что они против коррупции. Но в опросе был и второй вопрос: у граждан спрашивали, как они относятся к тому, чтобы решать личные проблемы с помощью взятки. И 20% россиян, то есть каждый пятый респондент, считает, что если взятка полезна ему для решения дела, то с этим явлением можно и смириться…
В этом выпуске вы также услышите:
– К.П. Победоносцев и его "совиные крыла".
Автор Владимир Бычков, радио Sputnik
Коротко и по делу. Только отборные цитаты в нашем Телеграм-канале