Зачем Кюстин написал русофобский пасквиль?

Автор Владимир Бычков, радио Sputnik Астольф де Кюстин открыто писал о существовании заговора Запада против России. Позднее о том же скажет и Энгельс. А Гитлер переиздаст пасквиль маркиза. Об этом в программе радио Sputnik "Российская летопись" расскажет ее автор и ведущий Владимир Бычков. Двадцать пятого сентября 1857 года скончался маркиз Астольф де Кюстин, французский путешественник и писатель. Автор откровенно русофобской книги "Россия в 1839 году". О ней до сих пор вспоминают. А в России, как это ни покажется странным, есть определенная группа людей, которые не только верят каждому слову Кюстина, но даже готовы от себя прибавить еще несколько пасквильных идей и мифов. Дед и отец Кюстина погибли на гильотине во время якобинского террора. А сам маркиз стал путешественником поневоле. В 1824 году он оказался в центре громкого скандала. Кюстина под Парижем избили и ограбили. Казалось бы, только посочувствовать ему. Однако в салонах заговорили о нетрадиционной ориентации маркиза, которая и привела его к печальным последствиям. Тогда еще о толерантности (не путать с maison de tolerance) и слыхом не слыхивали, поэтому Кюстин почел за благо отправиться в длительное путешествие. Добрался, наконец, до России. Маркиза встретили поначалу радушно, памятуя о трагической судьбе его отца и деда. Но со временем Николаю I стало известно, что во Франции маркиз пользуется дурной репутацией. И тогда император перестал принимать Кюстина. Маркиз, конечно же, разобиделся... Впрочем, многие исследователи считают, что Кюстин не сам отправился в Россию, а его, что называется, отправили. С определенной целью. Ведь кто-то оплатил ему дорогую поездку. И эти кто-то были, скорее всего, масоны. Их ложи совсем недавно были запрещены в России тем же Николаем I. Впрочем, масоны – это отдельная история. Умные конспираторы! Они сумели убедить весь мир в том, что не пользуются в этом самом мире никаким влиянием... Книгу маркиза встретили в России с негодованием. Ф.И. Тютчев назвал ее "доказательством умственного бесстыдства и духовного растления". В.А. Жуковский писал: "Если этот лицемерный болтун выдаст новое издание своего четырехтомного пасквиля, ответ должен быть просто печатная пощечина в ожидании пощечины материальной". Кюстин критикует в своем пасквиле всех и вся. Петербург? Холодно и противно! Медный всадник? Его вид мне крайне неприятен, пишет маркиз. "Движения людей на улицах показались мне скованными; в каждом жесте сквозит чужая воля… повсюду царил унылый порядок казармы. Этот народ, лишенный досуга и собственной воли – не что иное, как скопище тел без душ". Русские женщины показались ему некрасивыми дурнушками. Ну, впрочем, оно и понятно… А вот как Кюстин описывает Москву: "Кремль – сердце этого чудовища. Кремль есть создание существа сверхчеловеческого, но и в то же время человеконенавистнического. Сатанинский памятник зодчества – Кремль, который не удалось взорвать Наполеону". Чувствуете, все и вся Кюстину кажется мерзким, будто он притронулся к какой-то страшной гадине. А давайте немножко изменим дискурс вопросом: а может, это все от того, что душа самого маркиза была наполнена бесами и мерзкими чудовищами?.. Надо отдать должное: есть много и справедливой критики. Но позвольте, почему слова Кюстина "армия чиновников, эта сущая язва России. Эти господа образуют нечто вроде дворянства" относятся только к нашей стране? В любой, даже самой расцивилизованной стране, чиновники – это особая каста. Впрочем, конечно, удобнее говорить именно и только о России. Поэтому и фабулу "Ревизора" многие умышленно считают чем-то специфически русским, хотя этот анекдот, рассказанный Пушкиным Гоголю, вовсю и в разных вариациях разгуливал по Европе. Для чего Кюстин нагнетал русофобию? Причин несколько. Маркиз, фанатичный католик, считал, что православие породило русский деспотизм. Православная Россия – угроза для цивилизации Европы. (Ну да, конечно! Это ведь русские придумали крестовые походы и инквизицию!) Кюстин открыто пишет о существовании заговора Запада против России: "Этот перманентный заговор ведет начало от эпохи Наполеона. Прозорливый итальянец видел опасность, грозящую Европе со стороны растущей мощи русского колосса и, под предлогом помочь осуществлению планов молодого Александра, он прислал в Россию целую плеяду политических работников – нечто вроде переодетой армии, которая должна была тайком расчистить место для наших солдат". Позднее один из классиков марксизма Фридрих Энгельс повторит вслед за Кюстином: цивилизованный Запад "имеет только одного действительно страшного врага – Россию". По приказу Гитлера пасквиль Кюстина был переиздан в нацистской Германии. То есть получается, что европейские монархист, марксист и нацист вполне могут уживаться вместе. Более того: они готовы даже сколотить прочный всеевропейский союз на почве ненависти к России. А во времена холодной войны книга Кюстина переиздавалась в США, и советологи, в том числе З. Бжезинский, открыто восхищались "прозрениями" маркиза... Немногим позднее Кюстина в Петербурге побывал французский поэт и писатель Теофиль Готье. Он напишет: "Что может сравниться в великолепии с этим золотым городом на серебряном горизонте, над которым вечер белеет рассветом?" "Английская набережная выходит на угол большой площади, где Петр Великий Фальконе, протягивая руку к Неве, вздымает на дыбы коня на вершине скалы, служащей цоколем памятнику... В глубине площади величественно вставал гигантский силуэт Исаакиевского собора с золотым куполом, тиарой из колонн, четырьмя колоннами и восьмиколонным фасадом. На ту же площадь выходила параллельная набережной улица, где на порфировых колоннах бронзовые статуи – крылатые женские фигуры, символизирующие победоносную славу – несли в руках пальмовые ветви. Все, что я, пораженный новыми городскими перспективами, смутно и наскоро заметил при быстрой езде, составило в моей голове чудесный ансамбль прекрасного вавилонского города". А еще Готье восхищался простым русским народом: "Я заметил первого мужика. Это был человек лет двадцати восьми или тридцати с длинными, причесанными на прямой пробор волосами, длинной светлой, слегка вьющейся бородой, которую живописцы любят изображать на портретах Христа. Ладный и стройный, он легко орудовал своим длинным веслом... Не в пример моделям Риберы и Мурильо, русский мужик чист под своими лохмотьями, ибо он каждую неделю ходит в баню. У русских мужиков мягкие, умные лица, а вежливое их обращение должно бы устыдить наших грубиянов носильщиков". Конечно же, романтик Готье не обошел своим вниманием русских женщин: "Если венецианки ездят в гондолах, то женщины в Санкт-Петербурге – в каретах... Шляпы и одежда здесь по парижской моде. Голубой цвет, кажется, любимый цвет русских женщин. Он очень идет к их белым лицам и светлым волосам"... Но в Европе книга Готье почти неизвестна. А вот первое парижское издание пасквиля Кюстина сразу же стало бестселлером, весь тираж был распродан в один миг. До 1855 года во Франции книга переиздавалась 3 раза. Еще 4 издания вышли в Бельгии, в переводе была издана в Британии, США, Германии. Общий тираж превысил 200 тысяч экземпляров. Колоссальная для того времени цифра! И "просто так" такие вещи, конечно же, не делаются. Для того чтобы вертеп зажил своей иллюзорной жизнью, имитирующей реальную, необходимы опытные кукловоды. В этом выпуске вы также услышите: – "Сатиры смелый властелин". – Поэт и "любомудр" Веневитинов.

audio/mpeg

Зачем Кюстин написал русофобский пасквиль?

Автор Владимир Бычков, радио Sputnik Астольф де Кюстин открыто писал о существовании заговора Запада против России. Позднее о том же скажет и Энгельс. А Гитлер переиздаст пасквиль маркиза. Об этом в программе радио Sputnik "Российская летопись" расскажет ее автор и ведущий Владимир Бычков. Двадцать пятого сентября 1857 года скончался маркиз Астольф де Кюстин, французский путешественник и писатель. Автор откровенно русофобской книги "Россия в 1839 году". О ней до сих пор вспоминают. А в России, как это ни покажется странным, есть определенная группа людей, которые не только верят каждому слову Кюстина, но даже готовы от себя прибавить еще несколько пасквильных идей и мифов. Дед и отец Кюстина погибли на гильотине во время якобинского террора. А сам маркиз стал путешественником поневоле. В 1824 году он оказался в центре громкого скандала. Кюстина под Парижем избили и ограбили. Казалось бы, только посочувствовать ему. Однако в салонах заговорили о нетрадиционной ориентации маркиза, которая и привела его к печальным последствиям. Тогда еще о толерантности (не путать с maison de tolerance) и слыхом не слыхивали, поэтому Кюстин почел за благо отправиться в длительное путешествие. Добрался, наконец, до России. Маркиза встретили поначалу радушно, памятуя о трагической судьбе его отца и деда. Но со временем Николаю I стало известно, что во Франции маркиз пользуется дурной репутацией. И тогда император перестал принимать Кюстина. Маркиз, конечно же, разобиделся... Впрочем, многие исследователи считают, что Кюстин не сам отправился в Россию, а его, что называется, отправили. С определенной целью. Ведь кто-то оплатил ему дорогую поездку. И эти кто-то были, скорее всего, масоны. Их ложи совсем недавно были запрещены в России тем же Николаем I. Впрочем, масоны – это отдельная история. Умные конспираторы! Они сумели убедить весь мир в том, что не пользуются в этом самом мире никаким влиянием... Книгу маркиза встретили в России с негодованием. Ф.И. Тютчев назвал ее "доказательством умственного бесстыдства и духовного растления". В.А. Жуковский писал: "Если этот лицемерный болтун выдаст новое издание своего четырехтомного пасквиля, ответ должен быть просто печатная пощечина в ожидании пощечины материальной". Кюстин критикует в своем пасквиле всех и вся. Петербург? Холодно и противно! Медный всадник? Его вид мне крайне неприятен, пишет маркиз. "Движения людей на улицах показались мне скованными; в каждом жесте сквозит чужая воля… повсюду царил унылый порядок казармы. Этот народ, лишенный досуга и собственной воли – не что иное, как скопище тел без душ". Русские женщины показались ему некрасивыми дурнушками. Ну, впрочем, оно и понятно… А вот как Кюстин описывает Москву: "Кремль – сердце этого чудовища. Кремль есть создание существа сверхчеловеческого, но и в то же время человеконенавистнического. Сатанинский памятник зодчества – Кремль, который не удалось взорвать Наполеону". Чувствуете, все и вся Кюстину кажется мерзким, будто он притронулся к какой-то страшной гадине. А давайте немножко изменим дискурс вопросом: а может, это все от того, что душа самого маркиза была наполнена бесами и мерзкими чудовищами?.. Надо отдать должное: есть много и справедливой критики. Но позвольте, почему слова Кюстина "армия чиновников, эта сущая язва России. Эти господа образуют нечто вроде дворянства" относятся только к нашей стране? В любой, даже самой расцивилизованной стране, чиновники – это особая каста. Впрочем, конечно, удобнее говорить именно и только о России. Поэтому и фабулу "Ревизора" многие умышленно считают чем-то специфически русским, хотя этот анекдот, рассказанный Пушкиным Гоголю, вовсю и в разных вариациях разгуливал по Европе. Для чего Кюстин нагнетал русофобию? Причин несколько. Маркиз, фанатичный католик, считал, что православие породило русский деспотизм. Православная Россия – угроза для цивилизации Европы. (Ну да, конечно! Это ведь русские придумали крестовые походы и инквизицию!) Кюстин открыто пишет о существовании заговора Запада против России: "Этот перманентный заговор ведет начало от эпохи Наполеона. Прозорливый итальянец видел опасность, грозящую Европе со стороны растущей мощи русского колосса и, под предлогом помочь осуществлению планов молодого Александра, он прислал в Россию целую плеяду политических работников – нечто вроде переодетой армии, которая должна была тайком расчистить место для наших солдат". Позднее один из классиков марксизма Фридрих Энгельс повторит вслед за Кюстином: цивилизованный Запад "имеет только одного действительно страшного врага – Россию". По приказу Гитлера пасквиль Кюстина был переиздан в нацистской Германии. То есть получается, что европейские монархист, марксист и нацист вполне могут уживаться вместе. Более того: они готовы даже сколотить прочный всеевропейский союз на почве ненависти к России. А во времена холодной войны книга Кюстина переиздавалась в США, и советологи, в том числе З. Бжезинский, открыто восхищались "прозрениями" маркиза... Немногим позднее Кюстина в Петербурге побывал французский поэт и писатель Теофиль Готье. Он напишет: "Что может сравниться в великолепии с этим золотым городом на серебряном горизонте, над которым вечер белеет рассветом?" "Английская набережная выходит на угол большой площади, где Петр Великий Фальконе, протягивая руку к Неве, вздымает на дыбы коня на вершине скалы, служащей цоколем памятнику... В глубине площади величественно вставал гигантский силуэт Исаакиевского собора с золотым куполом, тиарой из колонн, четырьмя колоннами и восьмиколонным фасадом. На ту же площадь выходила параллельная набережной улица, где на порфировых колоннах бронзовые статуи – крылатые женские фигуры, символизирующие победоносную славу – несли в руках пальмовые ветви. Все, что я, пораженный новыми городскими перспективами, смутно и наскоро заметил при быстрой езде, составило в моей голове чудесный ансамбль прекрасного вавилонского города". А еще Готье восхищался простым русским народом: "Я заметил первого мужика. Это был человек лет двадцати восьми или тридцати с длинными, причесанными на прямой пробор волосами, длинной светлой, слегка вьющейся бородой, которую живописцы любят изображать на портретах Христа. Ладный и стройный, он легко орудовал своим длинным веслом... Не в пример моделям Риберы и Мурильо, русский мужик чист под своими лохмотьями, ибо он каждую неделю ходит в баню. У русских мужиков мягкие, умные лица, а вежливое их обращение должно бы устыдить наших грубиянов носильщиков". Конечно же, романтик Готье не обошел своим вниманием русских женщин: "Если венецианки ездят в гондолах, то женщины в Санкт-Петербурге – в каретах... Шляпы и одежда здесь по парижской моде. Голубой цвет, кажется, любимый цвет русских женщин. Он очень идет к их белым лицам и светлым волосам"... Но в Европе книга Готье почти неизвестна. А вот первое парижское издание пасквиля Кюстина сразу же стало бестселлером, весь тираж был распродан в один миг. До 1855 года во Франции книга переиздавалась 3 раза. Еще 4 издания вышли в Бельгии, в переводе была издана в Британии, США, Германии. Общий тираж превысил 200 тысяч экземпляров. Колоссальная для того времени цифра! И "просто так" такие вещи, конечно же, не делаются. Для того чтобы вертеп зажил своей иллюзорной жизнью, имитирующей реальную, необходимы опытные кукловоды. В этом выпуске вы также услышите: – "Сатиры смелый властелин". – Поэт и "любомудр" Веневитинов.

audio/mpeg

Радио Спутник

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Владимир Бычков

https://cdn.radiosputnik.ru/images/147864/47/1478644726_749:0:3743:2994_100x100_80_0_0_905ee0b9ba84015abc1396146c74b9f7.jpg

Владимир Бычков

https://cdn.radiosputnik.ru/images/147864/47/1478644726_749:0:3743:2994_100x100_80_0_0_905ee0b9ba84015abc1396146c74b9f7.jpg

Радио Спутник

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

1920

1080

true

1920

1440

true

1920

1920

true

Радио Спутник

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Владимир Бычков

https://cdn.radiosputnik.ru/images/147864/47/1478644726_749:0:3743:2994_100x100_80_0_0_905ee0b9ba84015abc1396146c74b9f7.jpg

В эфире, Подкасты – Радио Sputnik, Российская летопись, Николай I, Санкт-Петербург, Европа, Москва, Нева (река), русофобия, Россия