В прошлом году ущерб от коррупционных преступлений составил 65,7 миллиарда рублей. Об этом сообщается в докладе генпрокурора Юрия Чайки для Совета Федерации.
Это на 66 процентов больше, чем в 2017-м (39,6 миллиарда), уточнил Чайка.
При этом он подчеркнул, что работа по минимизации последствий коррупции стала эффективнее. Так, в 2018 году прокуроры добились добровольного возмещения ущерба, изъятия имущества и наложения ареста на 46,5 миллиарда рублей – по сравнению с 26,5 миллиарда в 2017-м.
Сотрудники ведомства раскрыли факты неправомерного распоряжения средствами, завышения стоимости работ, срыва сроков и другие нарушения. В частности, как сообщил Чайка, на предприятиях "Роскосмоса" и "Ростеха" похитили более 1,6 миллиарда рублей, выделенных на модернизацию производства и создание перспективных разработок вооружения.
Кроме того, за год выросло число раскрытых коррумпированных сотрудников ФСБ, МВД и СК.
Всего в прошлом году привлекли к ответственности 16 тысяч коррупционеров, в том числе более 10 тысяч должностных лиц.
Председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов в эфире радио Sputnik прокомментировал данные доклада.
«
"Борьба с коррупцией усиливается, и ведется она на высших уровнях. Разработка коррупционеров на высших уровнях, организованных коррупционных преступных групп требует огромных затрат по времени, до трех-четырех лет, я сам это помню по службе в органах государственной безопасности. Дело в том, что мы, к сожалению, получили коррупцию как системное явление. Она формировалась еще где-то с 1991 года, была частью формирования элитных отношений в России, начиная с приватизации и заканчивая многими другими вопросами. Поэтому некоторые вещи стали системообразующими и выкорчевывать их теперь достаточно сложно", – сказал Кирилл Кабанов.
Он отметил, что борьба идет не только с так называемой низовой коррупцией, но и с высокопоставленными коррупционерами.
«
"Когда государство набрало силу, появилась возможность бороться системно, началось формирование противодействия коррупции, разрушение процедурных условий для формирования коррупционных отношений. То есть стали бороться не только с так называемой низовой коррупцией, что было фактически только имитацией борьбы, но и с реальными коррупционерами, которые формировали все эти отношения. Мы все видим, что борьба сейчас идет не только на региональном уровне, но и на федеральном уровне. Вскрываются преступные коррупционные группы, работа которых исчисляется десятилетиями", – отметил Кирилл Кабанов.
