В этот день, … лет назад
Двадцать восьмого ноября 1943 года начала работу Тегеранская конференция. Это была первая встреча лидеров "большой тройки" – Сталина, Рузвельта и Черчилля. Наконец-то договорились об открытии Второго фронта. Причем Сталину на этот раз оказалось добиться согласия гораздо легче, чем в 1941-м или 1942-м годах. Оно и понятно: после разгрома фашистов под Сталинградом и на Курской дуге Рузвельт и Черчилль понимали, чем для Гитлера закончится война с СССР. Главное теперь, чего хотели лидеры США и Британии – не допустить проникновения Советов в Европу. В Тегеране Черчилль даже предлагал открытие Второго фронта не во Франции, а на Балканах, чтобы отрезать советские войска от Центральной Европы. Лукавую идею Черчилля разделял и Рузвельт.
© AP Photo
Такова была политика Запада. А в начале войны Германии против СССР она была еще более прагматичной и циничной. Ее сформулировал в 1941 году будущий президент США Гарри Трумэн: "Если будут побеждать немцы, стоит помогать русским, если верх будут брать русские, надо помогать немцам – и пусть они убивают друг друга как можно больше!".
И еще. Западная пропаганда с содроганием в голосе говорила о том, какой трагедией было для немцев разделение их родины на две части. Дескать, в этом повинен Сталин. А не хотите: не две, а пять Германий? Именно на столько государств предлагал разделить Третий рейх Рузвельт. Вот такая получается политика с математикой и история с географией.
Но на банкете в Тегеране Черчилль в присутствии Сталина и Рузвельта, поднимая бокал, говорил: "Я встаю утром и молюсь, чтобы Сталин был жив, здоров. Только Сталин может спасти мир!". Маршал Александр Голованов в Тегеране был свидетелем того, как Сталин во время одного из обедов все время подливал Черчиллю армянский коньяк, да и сам вроде бы пил с ним на равных. Когда Черчилля вывели под руки из-за стола, Сталин подошел к недоуменному Голованову: "Что ты на меня так уставился? Не бойся, Россию не пропью. Зато он у меня завтра будет вертеться, как карась на сковородке!".
И действительно, Сталин, по мнению как наших, так и западных историков, добился в Тегеране всего, чего хотел. Для него Тегеран был тем же, чем Сталинград для войны. Еще на Западе некоторые говорят, что, дескать, СССР на конференции был принят в клуб эксклюзивных держав, решавших судьбы мира. Ну, это явная передержка и ошибка. Россию не могли принять ни в какую "элиту", поскольку она без чьего либо одобрения стала таковой еще в XVIII веке. Французы и немцы хотели с этим поспорить, но для них это закончилось плачевно. А события последующих десятилетий показали, что Франция и Британия выбыли из этого элитарного "клуба". Их влияние на события мирового порядка сокращается, как шагреневая кожа. Кстати, Brexit, на мой взгляд, это, среди прочего, и своеобразный, если хотите, выпад, имперская фантомная болезнь, попытка поддержать хоть остатки былого реноме.
На Тегеранской конференции обсуждалось и послевоенное устройство мира. Удивительно, но несмотря на непреодолимые противоречия, основные договоренности "большой тройки" действовали (не без отклонений и кризисов) до начала XXI века. Сейчас, конечно, уроки Второй мировой войны подзабылись. К тому же для этих "уроков" на Западе вовсю пишут новые учебники. То, что войну с Гитлером выиграли англосаксы, там твердят уже лет двадцать. Но это только начало. За сиквелом последует и триквел. Американцы страсть как это обожают!
А еще их нынешние элиты вовсю говорят о том, что в принципе можно бы устроить маленькую победоносную ядерную войну. Против кого? Вариантов для ответа, как вы понимаете, немного. Сумасшествие, скажете. Ну, если вера в свое всесилие и непогрешимость – это одна из форм вялотекущей шизофрении, то действительно, без психиатрического диагноза тут не обойтись. Ну и, конечно, без тотальной пропаганды. Недавний опрос Military Times: почти половина американских военных верят в вероятность скорой войны, 71% военных назвали Россию главной угрозой для США, Китай таковой считают 69% опрошенных.
Кстати, Адольф Гитлер тоже считал себя всесильным и мечтал установить мировой рекорд гениальности. И недаром Сталин после Фултонской речи Черчилля сравнивал Запад с Гитлером. Цитата из интервью советского лидера "Правде": "Господин Черчилль и его друзья поразительно напоминают в этом отношении Гитлера и его друзей. Гитлер начал дело развязывания войны с того, что провозгласил расовую теорию, объявив, что только люди, говорящие на немецком языке, представляют полноценную нацию. Господин Черчилль начинает дело развязывания войны тоже с расовой теории, утверждая, что только нации, говорящие на английском языке, являются полноценными нациями, призванными вершить судьбы всего мира".
Конечно, тогда со стороны Сталина это был больше пропагандистский прием. Но сегодня возникает убеждение, что это давнее сталинское сравнение не очень-то уж и грешит полемическим преувеличением.
Автор Владимир Бычков, радио Sputnik