Как сообщил телеканал NBC, хозяин Белого дома склоняется к тому, чтобы аннулировать контракт, как он по-прежнему думает, с дьяволом. Где уж они это узнали, неизвестно. Но точно не у Рекса Тиллерсона. "Он никому ничего не сказал", – растерянно развел руками госсекретарь. А что ему оставалось? Не зная точно, что у Трампа на уме, он вместе с прочими главами МИД стран-посредников тоже признал, что придраться не к чему – Иран договор чтит. Значит, опять скажут, что у Тиллерсона с Трампом расхождения.
Хотя мог глава Госдепа поступить хитрее. Как Тереза Мэй. После того, как Трамп объявил, что по Ирану он все уже решил, она тоже пыталась выведать, что именно. Тщетно. Поэтому на всякий случай не пустила Бориса Джонсона на встречу "шестерки" по "ядерному досье". Чтобы гарантированно не промахнуться с выводами. Это пусть Могерини со всем своим ЕС твердит, что сделка выполняется и пересмотра не требует. А Британия не с ЕС. Ей с этим делом рисковать никак нельзя, чтобы не оказаться еще и не с США.
А их президент хоть и кокетничает, изображая интригу, но статус-кво – и NBC в этом не сомневается – хранить не собирается. И после его спича на Генассамблее вряд ли стоит ожидать чего-то иного. И ведь Трампа можно понять. Его не боятся. Над ним смеются. Вот сидит он в своем Овальном логове и грустит. "Я ж кровожадный. Я ж беспощадный. Я ж злой разбойник – Дональд Трамп. И мне не надо ни мармелада, ни шоколада, а только маленький, хотя бы маленький бедлам". Может, с Ираном прокатит.
Иными словами, появляется у мирового сообщества очередной маркер. И это еще одно доказательство того, что Трамп никак не может быть "от Путина". Москва ничуть не заинтересована в создании нового очага напряжения. Хотя американские конспирологи – спецпрокурор Мюллер, например, или киноактер Фримен – могут и тут кое-что для себя найти. Как говорится, доктор сказал в Морган, значит в Морган. Решат, предположим, что Кремль для того и поставил во главе США сумасброда, чтобы тот отменил сделку с Ираном и тем самым обеспечил Соединенным Штатам еще одну угрозу.
А правда, он сам-то как думает: до того, как объявить Тегерану войну – а выход из соглашения как раз про это – он уже уничтожит КНДР. Или ему, как в годы молодые, больше нравится наказывать двоих сразу. Но молодость-то прошла. Это во-первых. А во-вторых, дело придется иметь не только с ними. И, похоже, он это понимает. На подсознательном уровне. Выступая в ООН перед делегациями африканских государств, в числе прочих приветствовал лидера "Намбии". Потом еще раз назвал Намибию с ошибкой. Все решили – опечатка. Нет – привычка. Ведь когда он думает, как бы посильней проучить КНДР, у него тоже одна буква выпадает. "Д".