Автор Михаил Шейнкман
Ким Чен Ын, наконец, подобрал себе титул, переходящий в вечность. А то у деда есть – он официально вечный президент КНДР. У папы тоже – тот навсегда председатель Государственного комитета обороны. А Ын – как не родной. 33 года, а все в простых лидерах ходит. А это по местным меркам – ни о чем. По властной традиции, после смерти очередного Кима его статус не передается по наследству. Для преемника выдумывается новая должность с похожим названием и аналогичными полномочиями.
Нынешний правитель вначале не стал ничего изобретать, и пошел было по стопам отца, добавив только эпитет. Назвался Первым Председателем Госкомитета обороны. Но то ли сам почувствовал какую-то вторичность. То ли подсказали, что первый все-таки не он. Хотя это вряд ли, поскольку это было бы последнее, что они подсказали – здесь с этим строго. В любом случае, теперь он – единственный. Председатель Госсовета. Такого здесь еще не было. И органа тоже. Отныне управление им – это и есть главный государственный пост Ким Чен Ына. А все прочие ипостаси: Верховный главнокомандующий, председатель Трудовой партии Кореи, маршал – это, как говорится, при нем.
При этом, здесь название высшей должности – как отражение идеологии. Скажем, Ким Чен Ир, не в пример своему отцу, предпочитал опираться исключительно на военных. Потому и свою колокольню назвал Государственным комитетом обороны. И хотя формально его фигуру тоже почитают почти за божество, но о его руководстве шепчут все же, что это период нищеты и хаоса. Его Ын потому и стремится править дедовским методом с уклоном на партхозактив, что времена Ким Ир Сена здесь по-прежнему считают благословенными.
А сам молодой лидер считает, что природа на детях основателя КНДР хорошо отдохнула, и над внуком уже потрудилась, как следует. Именно поэтому спустя 36 лет он провел очередной съезд ТПК, чтобы показать ведущую роль партии и торжественно ее возглавить. Его папа даже пленумы не собирал. Именно поэтому сын вместо Госкомитета обороны учредил вполне себе мирный Госсовет. При этом в его "кимическом" составе на правах равноценных замов – представители армии, партии и правительства. А также, едва ли не впервые – сразу два дипломата, что отражает интерес Пхеньяна и к внешней политике. Это не значит, что он оставит термоядерную риторику. Но, по крайней мере, станет тщательней подбирать к ней слова.
Кстати, уже даже заклятые соседи признают, что третий из династии Кимов серьезно прибавил в весе. Правда, лишь буквально. В смысле, "это кто-то просто слишком много ест". Мол, за четыре года он к своим 90 прибавил еще 40 кг, заглянули они не в свою тарелку. Как примитивно мыслят в Сеуле, всему виной – неумеренность в пище и алкоголе. А он, между прочим, решает государственную задачу и отдувается за всех – на себе показывает, что санкции республике не страшны. И ему и приходится работать сразу на нескольких работах. И в партии, и в правительстве. Ночами не спать.
Хотя бессонница, как доносит всезнающая южнокорейская разведка – это у него от страха, что его непременно хотят убить. Ын поэтому и сигарету изо рта не вынимает. А ведь ему только 33. Впереди, казалось бы, вечность. Впрочем, вечное председательство в Госсовете ему в любом случае обеспечено.