Власти Турции готовы возместить России ущерб за сбитый Су-24, заявил премьер-министр страны Бинали Йылдырым.
"Мы выразили наше сожаление и при необходимости заплатим компенсацию", – сказал Йылдырым в эфире телеканала TRT. Ранее в Москве отмечали, что отношения между двумя странами могут наладиться лишь после признания Анкарой своей вины, выплаты компенсации за сбитый бомбардировщик и наказания виновных.
В понедельник Кремль сообщил, что президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган направил Владимиру Путину письмо, в котором извинился за сбитый самолет. Также турецкий лидер выразил соболезнования по поводу гибели пилота Олега Пешкова.
В отношениях с Турцией в последние дни события развиваются просто стремительно, отметил в эфире радио Sputnik политолог и публицист, ведущий эксперт Национального института развития современной идеологии Евгений Бень.
"Я начну с того, что напомню фразу из фильма: "Восток – дело тонкое". Действительно, похоже, что нормализация отношений с Турцией будет сейчас набирать обороты. Но надо учитывать, что это очень тонкий, сложный и не во всем однозначный процесс, хотя она (нормализация) необходима. Вообще события развиваются стремительно, потому что еще в четверг пресс-секретарь Эрдогана заявлял о том, что Турция не будет извиняться за сбитый Су-24. А вчера пришло это извинение, и уже поздно вечером новый турецкий премьер высказался в плане того, что Турция готова выплачивать издержки за сбитый самолет ", – сказал Евгений Бень.
По его мнению, для руководства Турции курс на примирение с РФ является вынужденным – хотя Анкара и здесь наверняка постарается извлечь пользу для себя. Например, через нормализацию связей с Россией попытается усилить позиции Турции в отношениях с Западом. Тем не менее, считает Евгений Бень, эта ситуация в целом благоприятна для России.
"В первой реакции американских, германских, французских СМИ проявилось определенное разочарование относительно того, что Эрдоган пошел по пути сближения с Москвой. Собственно, Эрдоган, судя по всему, хочет достичь, в том числе, и этого эффекта. У него не сложились отношения с Евросоюзом по проблеме беженцев и по проблеме вхождения в Шенгенскую зону. У Эрдогана есть сложности во взаимоотношениях с США и Европой по курдскому вопросу, были большие сложности с Израилем. И Турции понадобилось определенное снижение этих напряженностей на данном этапе. И получилось так, что в данном случае сначала пошло урегулирование с Тель-Авивом, а потом и Москва. Москва очень важна для Турции по данному вектору, поскольку в Анкаре, судя по всему, надеются с помощью нормализации отношений с Россией поставить Запад перед фактом, что тому необходимо искать пути взаимодействия с Турцией. Эта ситуация благоприятна и для России, потому что говорит о том, что российский внешнеполитический курс добивается результатов", – сказал политолог.
Несомненно, что Россия готова к конструктивному сотрудничеству и с Западом, и с США, и с Турцией, но будет исходить при этом из прагматического курса реализации своих собственных задач, отметил Евгений Бень.
"Очень важно понимание следующего принципиального узла: что сейчас, если наберет силы относительная нормализация отношений России и Турции, то такими, как они были раньше, они не будут. И это вовсе не будет означать, что Россия взяла курс, ориентированный на Турцию, как бы турецкая сторона этого ни хотела. Россия заинтересована в перезагрузке отношений и с Турцией, и со странами Западной Европы, и с США, но только исходя из того, что все эти государства принимают к сведению, что у Москвы есть своя определенная внешнеполитическая линия, свои задачи и своя позиция. И что Россия не готова здесь поступаться принципиальными положениями, выработанными в последние годы. Тут очень важно, конечно, что Турция, по крайней мере, готова выполнить условия, которые выдвигал Кремль. Но в то же время не будет того подхода, который хотел бы видеть Эрдоган, чтобы обе страны совместно противостояли бы Западу. Россия готова к конструктивному сотрудничеству и с Западом, и с США, и с Турцией, но будет исходить из прагматического курса реализации своих задач", – сказал Евгений Бень.