Автор Петр Малеев, радио Sputnik, Латвия
Как известно, с медом лучше всего борются пчелы. Есть в Латвии бюро по предотвращению и борьбе с коррупцией. Предотвращает, борется. Коррупции кругом навалом, горы, реки, море работы. И борьба, борьба, борьба. Ее так много, что она ведется не только по периметру боевых действий. Самый ожесточенный бой уже несколько лет кипит в самом ведомстве, его ведут глава бюро (Ярослав Стрельчонок) и его заместитель (Юта Стрике). Борьба эта превратилась в настоящий сериал.
Зритель 87-й серии не обязан помнить, что было в первой. Тем более что он, скорее всего, ее не смотрел, а присоединился по ходу дела. Поэтому, какая там кошка между ними пробежала, из какой она партии – оставим за кадром. Основная фабула: начальник пытается уволить зама, зам не увольняется. Суды, апелляции, другие суды, конституция, новые суды. Рабочие отношения, трудовые, общественные, и, в конце концов, человеческие.
Почему у вас на рабочем месте бардак? А почему вы решили, что этот бардак устроила я, он и до меня был. А у вас у самого, кстати, тот еще бардак. Где? Не знаю, но я видела, вы еще дверь специально перед носом закрыли. Я вас уволю – вы не работаете. Так это вы не даете мне работать, создали условия. Я не создавал! А-а-а, а почему не создали? А почему вы на работу не ходите? Так вы у меня ключ забрали. Я не забирал. Забирали. Нет! Да! Зачем вы опять мне дело шьете? Я не шью. Но я же вижу. Нет, не видите.
Ну и так далее. Видели, как зрители теннисного матча, которые сидят посередине, головой вертят? Вот так и наши суды. Туды, суды. Жизнь, как известно – лучший драматург. После сотой серии зритель стал уставать, требовались ходы. Пошли подробности, от которых у патриотов страны седых волос прибыло. Достал начальник туза из рукава и голосом Карцева говорит: а чем вы докажете, что вы кассир? То есть, Юта Стрике? По нашим данным вы – Анна Потапова, с отличием закончившая московскую школу. Вот ваш диплом: подпись, протокол, сдал, принял.
А госпожа заместитель говорит: и отвечу – это директор школы ошибся. Вместо "ю" написал "а", вместо "т" написал "н", причем два раза, вместо… Ясно, ясно, спасибо. Ясно, что дело темное или запутанная история, как сказал бы один врач. У нас, говорит начальник, есть беспокойство, что Анна Потапова имеет доступ к гостайне. Причем самого высшего разряда.
Вот тут седина в бороду и постучалась к патриотам. Обычно настоящих патриотов к гостайне не пускают. В основном за неблагонадежность. Поэтому у патриотов к гостайне отношение особенное. В гостайне – некое таинство и ореол благочестия. Это спрятанная от посторонних глаз библиотека-лабиринт, в которой хранятся истины, доступные только избранным. А тут оказывается, что у какой-то донны Анны из Москвы, есть туда, извините за это слово, абонемент. Как так-то?
Понятно, что когда конфликты между доном и донной заходят слишком далеко, должен появиться Командор. Им у нас стал министр МВД Рихард Козловскис. Вышел и говорит: Где ты, донна Анна? Анна! Анна! – Тишина. – Я, говорит Анна, Юта. Вот, видите, кричит начальник, я же говорил! Если она Юта, тогда я – дон Жуан. Органы разберутся, говорит министр. А не разберутся, так разберут. Все удаляются. Занавес. Аплодисменты.
Когда в ладонях стало колоть и жечь, многие патриоты опомнились. Какой-то холодок после увиденного в сердце остался. Причем не очень понятно, почему. Возможно, из-за всех этих подозрительных фамилий. Нет, у нас нет сомнений в честности и порядочности господ Козловскиса и Стрельчонка. Да и к Юте Стрике вопросов нет. А к Анне Потаповой – есть. Как минимум этот: если вы все-таки работаете, то на кого?