Автор Михаил Шейнкман
Британская элита пребывает в скорби.
Такого с нею не случалось никогда.
Главою лейбористов стал Джей Корбин.
Марксист, enfant terrible. Вот беда.
Его уже и Кэмерон страшится, словно хвори.
Боится, что страну подстерегают сдвиги.
За десять лет привык, что сан у тори.
А Джереми покажет ему виги.
Наверное, чтобы, наконец, прийти в чувство и стать самими собой, лейбористам и надо было проиграть парламентские выборы именно так –позорно и сокрушительно. Причем, еще пять лет назад. И тогда, вполне вероятно, Британия сейчас удивлялась бы уже не их новому лидеру, а своему новому премьеру. Ведь, по мнению местных аналитиков, виги потому и потерпели фиаско 7 мая, что им не хватило харизматичного, яркого, независимого лидера. Их бывший, Эд Милибэнд – он, хоть и "бэнд", но "мили-премили". Не внушал ни доверия, ни надежды. Его сменщик пока внушает страх. Премьеру Кэмерону. И это уже хорошо. Плохо, что к следующим выборам ему уже будет за семьдесят.
Джереми Корбин – ветеран британской политики. Депутат палаты общин с 1983. В список претендентов на пост главы лейбористов он попал в самый последний момент. Исключительно для того, чтобы был. По той же причине его и в партии терпели, несмотря на то, что более 250 раз голосовал в парламенте против ее решений. Он всегда был лишь олицетворением левого крыла. Считалось даже – последним из могикан той самой социальной сути, что и должна была по замыслу отличать лейбористов от консерваторов. Кажется, его и держали, как живое свидетельство того, что виги не изменили своей политической природе. Хотя больше от обратного понимания известного принципа. У них он звучал в извращенном виде: если есть "урод", значит, мы – семья. Между тем, на грани развала она оказалась совсем не из-за него. Что, в принципе, и доказали выборы партбосса.
Нереальные 59,5%. Ближайший преследователь не набрал и двадцати. Когда тебе 66, трудно говорить о взлете. Скорее, Корбин всегда стоял где-то рядом и ждал своего часа. И вот он настал. Карл Маркс бы порадовался за своего поклонника, иронизирует Reuters. "Это угроза национальной безопасности стране и каждой семье", – каждым словом дает понять, что ему не до шуток, премьер. Он точно знает, чего ему бояться. Корбин вроде бы не от мира сего. Дает интервью телеканалу RT, считая его самым объективным, публикуется в коммунистической Morning Star. Но неважно, что он не похож на всех британских политиков, главное – он не похож на Кэмерона. Его полный антипод. Именно такого лидера лейбористам и не хватало. Именно такого оппонента и страшится глава кабинета.
Во-первых, Корбин совершенно точно нарушит так называемый проамериканский консенсус, ставший визитной карточкой Соединенного Королевства. Одностороннее ядерное разоружение, роспуск НАТО, запрет на удары по Сирии, военные операции исключительно с разрешения Совбеза ООН, уважительное отношение к России. Его уже не запишешь в маргиналы. Хотят того консерваторы или нет, но эти тезисы будут отныне звучать в британской повестке регулярно. И не так, как они хотят.
Во-вторых, Корбин достанет из глубокого общественного подполья идею, которую Черчилль, казалось, раз и навсегда отправил в небытие, когда сказал, что "социализм – это равное распределение убожества". Но Британия после него сумела познать лишь верность его определения капитализма как "неравного распределения блаженства". Поэтому от нового лидера лейбористов – повышение налога для богатых, отмена платы за высшее образование, национализация железной дороги. Это шанс попробовать что-то новенькое.
В-третьих, в отличие от Кэмерона он – реальный евроскептик. Считает, что "ЕС наносит ущерб рабочему классу по всей Европе". А значит, референдум о выходе премьеру уже не удастся превратить в фарс. Плебисцит обретает силу прямой и явной угрозы. Ну и самое главное. Корбин доказал жизнеспособность собственного мировоззрения. Именно оно помогло ему победить. Пусть и в 66. Но – чем не пример для Британии. Если, конечно, ей, как лейбористам, чтобы понять это, надо вначале довести себя до фиаско.