Автор Михаил Шейнкман
Есть ли бомба у Ирана, нет ли бомбы у Ирана – науке и разведке это неизвестно. И неважно. Штаты и после "атомной" сделки с Ираном все равно будут смотреть на него вооруженным взглядом. Об историческом "атомном" соглашении, подписанном 14 июля в Вене, еще говорят в восторженных тонах. Как человек может все, пока ничего не начал делать, так и договор – пока его не начали выполнять. Вашингтон, между тем, уже показал, как надо держать слово.
На всех своих разных уровнях он объявил, что не собирается сворачивать проект евроПРО. Сказали об этом в Госдепе, Пентагоне, в Белом доме. Причем в последнем тот же человек, что в апреле 2009 года в Праге "железно" пообещал, что "необходимость создания европейского сегмента противоракетной обороны США отпадет, если удастся урегулировать иранскую ядерную программу". Барак Обама, правда, тогда и в самых радужных мечтах не мог предположить, что удастся. Потому, наверное, и не боялся давать обеты. Уж слишком все к тому времени было запущено. Если бы не Россия со своим принципом "взаимности и постепенности", не факт, что весь мир сейчас рукоплескал бы переговорщикам. Это, кстати, Обама признал. Признать, что, если бы не Россия, он бы и ПРО не создавал, у него честности не хватило.
Теперь в Штатах заявляют, что Иран располагает самым крупным запасом баллистических ракет на Ближнем Востоке. Это они "остаются источником беспокойства США и международного сообщества и требуют создания евроПРО". Хотя в Праге, еще раз отметим, речь шла именно о ядерной проблеме, а не о баллистической. Можно, конечно, подумать, что таким образом Обама и его люди просто стремятся умиротворить и задобрить критиков сделки с Тегераном. Их достаточно даже в его демократической партии. Но вряд ли это они – причина американской ПРОследовательности. Она из серии, что и требовалось доказать.
Хотя, кажется, какая свадьба без баяна, какое ПРО без бомб Ирана? Но, как из песни слов не выкинешь, так из геополитики – повод. США слишком много дали за то, чтобы превратить в него Иран. И можно не сомневаться, откажись он еще и от баллистических ракет, Соединенные Штаты обосновали бы возведение своей заградсистемы наличием у него артиллерийских снарядов, пуль, гвоздей, рогаток, людей, мыслей. Древние говорили, "если бы не было дураков, ими мы были бы сами". Американцы по тому же принципу создают злодеев. Поэтому и ПРО.
Не мытьем, так Катоном. Это же он, суровый римский сенатор Катон Старший, раз и навсегда сформулировал мотивацию "ястребов" всех времен и народов, когда впервые провозгласил: "Карфаген должен быть разрушен!". Кстати, его нынешним американским последователям тоже не мешало бы так заканчивать все свои спичи о мире, чтобы уже не уточнять, что это не только об Иране.
Тему продолжит директор "Евразийского коммуникационного центра" Алексей Пилько.
– Почему бы Штатам просто не сказать, что их евроПРО – против России, если уж они все равно решили теперь ее сделать главным врагом?
– Им психологически сложно это сказать. Все-таки изначально евроПРО задумывалось как инструмент противодействия ракетам Ирана и Северной Кореи. Сказать, что это против России, – это недружественный жест против России. Поэтому они, конечно, будут утверждать, что евроПРО – это против баллистических ракет третьих стран. Но, на самом деле, надо понимать, что это направлено исключительно на то, чтобы нейтрализовать российский ядерный потенциал.
– Чуть ли не главным результатом переговоров в Вене, естественно, после самого соглашения, называют убедительную способность Запада и России действовать в одной связке. Что мешает применить ее и к вопросу разрешения двусторонних проблем?
– Противоракетная оборона – это один из элементов модели, которую американцы строят, чтобы выиграть ядерную войну. Кроме того, это установки двойного назначения. Они вполне могут быть переоборудованы под ракеты средней дальности. А это очень опасно для нашей страны. Почему американцы темнят? Никто же не будет говорить, что мы хотим начать ядерную войну и победить в ней.
Схема вроде бы выглядит неизменной: США – ПРО – Иран. Но даже тот, кто не хочет, тоже понимает, что это уже совсем не про Иран. Не случайно, именно Сергей Лавров напомнил Обаме его обещание шестилетней давности. Впрочем, вряд ли глава МИД России на самом деле ждал иной реакции, чем та, что последовала из-за океана. Наивность не относится к числу его профессиональных качеств. Показательно, что противоракетная настырность США официальный Тегеран ничуть не задела. Может быть, потому, что здесь тоже понимают, это их не касается. Хотя и выходит, что в Вене все же не ту страну уговаривали.