Автор Михаил Шейнкман
Один только в Поле воин, и тот ненадолго. Сенатор-республиканец Рэнди Пол – его еще называют "белой вороной" среди "ястребов" – сумел в одиночку притормозить тотальный шпионаж за всеми и каждым. Но это максимум, что позволила ему процедура. Как выяснилось, кратковременная приостановка "Патриотического акта" США – это потолок Пола.
Сегодня верхняя палата конгресса предпринимает вторую попытку пролонгировать этот скандальный документ, и букмекеры уже накануне даже ставки не принимали на ее результат. В продолжении беспредельного контроля за гражданами заинтересованы не только Обама со своими демократами и директором национальной разведки Клэппером, но и большинство республиканцев. При таком раскладе в сенате 60 голосов из 100 – это не проблема.
Утверждение закона восстановит программу прослушки и наружки в полном объеме. В памяти, скорее всего, недолгой, останется только то, что впервые за 14 лет это произойдет не автоматически. Спецслужбам, пусть ненадолго, но с 1 июня все же пришлось прервать свой "Патриотический акт" с населением. Получается, правда, что лишь для того, чтобы "перекурить". Тем паче, что даже временный запрет на всякие вольности не мешал АНБ и ему подобным по уже открытым делам работать, как привыкли. С нарушением прав и свобод.
А ведь и эту Америку тоже Бен Франклин еще в 18 веке предупредил: тот, кто жертвует свободой ради спокойствия, не достоин ни того, ни другого. Но одного из отцов-основателей в США нынче вспоминают реже, чем одного из сыновей основателя династии Бушей. Это он, Джордж-младший, после терактов 11 сентября выдал спецслужбам лицензию на вторжение в любую частную жизнь. Для себя они назвали это "введением военного положения".
Говорят, на каком-то этапе это себя оправдывало. Хотя за все время не было ни одного сколько-нибудь стоящего разоблачения. Со своей вездесущностью они даже "марафонский теракт" в Бостоне проморгали. Это потому, что проще следить за теми, кто не прячется. Как бы то ни было, втянулись, привыкли, понравилось. Обаме, видимо, тоже. Не будь Сноудена, американцы и не узнали бы, во что обходится им безопасность. Если, конечно, можно считать безопасностью абсолютную беззащитность перед теми, кто за нее отвечает.
Собственно, именно благодаря разоблачениям экс-агента АНБ у его соотечественников и образовался этот перерыв. Правда, они вряд ли успели понять, что их оставили в покое. Кстати, не факт, что оставили. Сноудена-то на них уже нет.
Тему продолжит эксперт-американист Борис Межуев.
– "Патриотический акт", может быть, с другим названием и с некоторыми поправками, все равно пройдет. Это значит, что героизм сенатора Пола оказался бессмысленным?
– То, что сделал сенатор Пол – это, конечно, прекрасный старт его избирательной кампании (он заявил об участии в президентских выборах). И мне кажется, что для его карьеры это очень важное политическое достижение, что ему удалось на какой-то момент приостановить пролонгирование "Патриотического акта".
– Почему для американской элиты так важно сохранить этот тотальный контроль? Это потому, что спецслужбы уже не могут без этого?
– Видимо, да. Я думаю, здесь большая инерция спецслужб. В первую очередь, АНБ. Как утверждается, прослушивание телефонов тех людей, которые подозреваются в терроризме, является чуть ли не главным средством борьбы с подобными преступлениями. Ставка на прослушивание, на проникновение внутрь личного пространства через телефон, интернет и так далее подается как более продвинутая форма шпионажа. Поэтому в этом смысле им важна борьба. Не столько даже достижения, сколько сама борьба.
Попытки пересмотреть "Патриотический акт" в США предпринимались регулярно, но каждый раз заканчивались победой "ястребов". Вряд ли эта традиция будет нарушена сейчас. Даже если лицензия на тотальный контроль изменит название. Формально более мягкий Закон о свободе, по сути, сохранит спецслужбам широкие полномочия, хоть и введет ряд несущественных ограничений. Скажем, хранить данные о прослушке американцев станет не государство, а телефонные операторы. Но американцев все равно будут слушать. А значит, это – все та же "игра патриотов" и совсем не в пользу патриотизма. Если под ним понимать любовь к государству. Трудно любить то, что проходу не дает и подозревает измену в каждом шаге. Тем более, если с его стороны и не любовь это вовсе, а один только акт. И тот не по согласию.