Автор Михаил Шейнкман
У ЕС, похоже, появился свой остров Свободы. Исландия официально, окончательно и бесповоротно отказалась от статуса кандидата и отозвала заявку на вступление в Евросоюз. В отличие от Турции, что томится в приемной Брюсселя с прошлого века, ей хватило шести лет, чтобы понять: это – не ее. Министр иностранных дел Гуннар Свенсон был краток и дипломатичен: "Интересам государства лучше соответствует пребывание вне ЕС". Премьер Гуннлаугссон об этом еще в январе сказал, как отрезал, но дату оставил открытой.
Отныне 12 марта Рейкьявик может смело помечать в календаре День освобождения от иллюзий или, как вариант, День национального характера. Впрочем, проявился он уже в том самом 2009 году, хотя тогда еще не у всех. 33 депутата парламента из 63 незначительным, но все-таки большинством проголосовали за присоединение. Переговоры с Брюсселем зашли в тупик только через четыре года. Но к тому времени пришедшая к власти коалиция евроскептиков уже знала, что с этим делать. Избирателям обещала. Как следует из заявления на сайте МИД, "правительство полностью отказывается от планов своих предшественников и больше не считает Исландию кандидатом на вступление в Евросоюз". Страна отказалась наступать на горло собственной песне. Для нее своя рыбешка ближе к телу. Ведь рыбак – рыбака видит издалека. А ЕС даже не скрывал, что присоединив островное государство с его богатыми водными ресурсами, первым делом забросит удочку.
Хотя принципиальные расхождения по квотам на улов и его распределение – это лишь практическая часть проблемы. По большому счету, главная причина – ни рыба, ни мясо. Именно таким видится Евросоюз из Исландии. Неубедительным, аморфным, но до чужого добра жадным. И если у кого-то после январского предупреждения премьера Гуннлаугссона еще оставались сомнения в демарше, то за эти два месяца и они должны были улетучиться.
ЕС, мягко говоря, не показался. Бестолковое и самоубийственное противостояние с Россией, "прокрустовое унифицирование" общей политики, болотный тягучий кризис, не выпускающий из своих тисков, и при всем при этом – разброд и шатание. А то, как Брюссель повел себя с внутренней оппозицией, с Венгрией, например, или Грецией и Кипром, лучше всякой таблички предупредило: "не влезай – убьет!". Посмотрел Рейкьявик на все эти геополитические колебания общего европейского дома и решил, что его лед такие "домашние условия" растопить не смогут. К тому же, это просто опасно. Запахло угрозой большой войны. Исландия, конечно, знает, что такое жить, как на вулкане, но для острых ощущений ей вполне хватает дыма отечества, а не сражений.
Тему продолжит руководитель Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений Василий Колташов.
— Насколько болезненным будет для Евросоюза этот щелчок от Рейкьявика?
— Исландия действительно поставила ЕС в тупик, потому что это первая страна, которая так резко отказалась вступать на путь европейской интеграции. И это довольно-таки неприятно не просто потому, что это неприятный факт, а потому, что подобный пример может вдохновить страны Восточной Европы, Балканский полуостров. Могут повести себя по-новому и страны еврозоны. По крайней мере, юг еврозоны.
— Исландия показала, что поставить ЕС на место можно, находясь вне его. Страны, входящие в Евросоюз, могут взять это себе на заметку?
— Решение, которое принимает Исландия, — это правильное решение. Но у Исландии есть некоторое преимущество – она далеко от ЕС. Сделать нечто подобное, например, Венгрии гораздо сложнее. Или Греции. Они опутаны различными связями. Сейчас повторить пример Исландии очень сложно в ЕС. Но это не означает, что это не будет вдохновлять тех, кто настроен выйти из этого блока, или перестроить саму систему организации европейских государств.
В Рейкьявике подслащивают европейцам пилюлю обещанием расширять взаимодействие. Даже возвращение к заявке не исключают. Правда, после референдума. И, может быть, это еще не точка, а многоточие. Но и за ним должны следовать новые предложения. А Брюссель на это не способен. Так что, пусть мы ставим много точек, здесь идет конец куплета. Евросоюз, понятно, раздосадован. Так ни с ним, ни в него еще никто не поступал. Его проучила страна, которую и на карте-то не все найдут. Зато она никуда не денется, а про ЕС такого теперь не скажешь. Он, конечно, ничего не теряет. Но уже и не ловит. А на рыбалке — это гораздо важнее.