Автор Мария Балябина
Нацистская машина смерти в оккупированной Европе. Концлагеря и гетто создавали очень быстро, немалую часть населения при этом просто убивали. Поэтому свидетелей тех событий осталось немного. Но даже из немногочисленных воспоминаний понятно, какими нечеловеческими были условия, созданные оккупантами.
В начале Второй мировой войны из Польши в Вильнюс хлынул поток еврейских беженцев. Тогда литовская столица уже была одним из центров еврейской культурной жизни. До войны там выходило около 30 газет на идиш, на этом языке вели занятия в школах и университетах, ставили спектакли, писали стихи и прозу. В 1940 году Литва вошла в состав Советского Союза. Евреи, в основном, отнеслись к этому положительно, потому что видели альтернативу ужасам нацизма. Националистическая пропаганда Латвии и Литвы увязала советизацию республик с евреями, преувеличивая их участие в органах госвласти, рассказывает историк, политолог, руководитель исследовательских программ Фонда "Историческая память" Владимир Симиндей:
"Этим воспользовались националисты, чтобы закрепиться с приходом немцев или получить власть. На это Гитлер и его окружение не шли, потому что презирали балтийские народы и всерьез с ними не считались. Сегодня из политических конъюнктурных соображений деятельность по спасению евреев преувеличивается и ретушируется роль прибалтийских националистов в уничтожении евреев, коммунистов, тех, кто был неугоден нацистам".
24 июня 1941 года в Вильнюс пришли немцы. С первых же дней начались расстрелы – людей просто хватали на улице и отправляли в тюрьму или сразу везли в лес, где убивали без суда и следствия. Евреям запретили пользоваться общественным транспортом, носить одежду без отличительных знаков и даже жить в одних домах с литовцами. Уже в сентябре было создано гетто. В следующие несколько месяцев постоянных расстрелов в городе осталось вдвое меньше евреев, чем было до войны – около 30 тысяч. Позже наступило, если можно так сказать, "затишье". И в это время жители гетто постарались воссоздать ту культурную и общественную жизнь, которую вели до войны. Это стало одной из особенностей Вильнюсского гетто, рассказывает Владимир Симиндей:
"Вильнюсское гетто имело свой театр, библиотеку и школу. Так нацисты экспериментировали. Но на конечную судьбу обитателей гетто это никак не влияло, потому что нацисты были настроены на уничтожение. Мало кому удалось выжить, только тем немногим, кто бежал, прятался в лесах или присоединился к красным партизанам. Практически все население было уничтожено, либо переправлено в концлагеря на территории Эстонии и Польши".
Десятки тысяч евреев были убиты и в Рижском гетто. Остальных отправляли в Саласпилсский концлагерь недалеко от Риги. Там узников расстреливали, травили ядами. Детям, в целях экономии боеприпасов, просто разбивали головы прикладом. А еще дети ценились фашистами как биологический материал – из них выкачивали кровь для нужд фронта, говорит доктор исторических наук, профессор, ведущий научный сотрудник Санкт-Петербургского института истории РАН Борис Ковалев:
"Взрослых можно использовать и по-другому: "бери больше, кидай дальше", использовать их профессиональные навыки. А что можно взять с детей? Только кровь".
Детей держали в отдельных бараках. Их обливали холодной водой, кормили отравленной кашей, делали инъекции, от которых дети в течение нескольких дней умирали в мучениях. По свидетельствам очевидцев, из бараков каждый день выносили корзины с маленькими окоченевшими трупами. В лагере мученической смертью погибли около 3 тысяч детей в возрасте до 5 лет. Всего же в Саласпилсском концлагере были уничтожены фашистами до 100 тысяч человек. А ведь речь идет всего лишь о маленькой Латвии.