В четверг, 12 февраля, на пресс-конференции по итогам саммита ЕС в Брюсселе, прошедшего после переговоров "нормандской четверки" по урегулированию кризиса на Украине, президент Франции Франсуа Олланд заявил, что условия для поставок России "Мистралей" по-прежнему не сложились. В то же время он выразил надежду, что однажды эти условия будут выполнены. Ранее глава МИД Франции Лоран Фабиус также отмечал, что выполнение сделки по "Мистралям" все еще приостановлено, несмотря на позитивные результаты минской встречи.
Итогом переговоров лидеров России, Украины, Франции и Германии в Минске стало подписание документа, предусматривающего прекращение огня в зоне конфликта в Донбассе с полуночи 15 февраля, отвод тяжелых вооружений, а также меры по долгосрочному политическому урегулированию ситуации.
"Сделка по "Мистралям" сейчас носит не только практический, но и символический характер. При этом заявления Франсуа Олланда, во-первых, показывают, что кризис на Украине пока, к сожалению, далек от своего разрешения. Хотя, несомненно, вчерашние минские переговоры стали важнейшим этапом на этом пути. Во-вторых, заявления Олланда свидетельствуют о том, что кризис вокруг Украины подтолкнул к развитию общей внешней политики Евросоюза", — сказала в эфире радио Sputnik руководитель Центра евроатлантических исследований и международной безопасности Института актуальных международных проблем Дипломатической академии МИД РФ Татьяна Зверева.
И эта общая политика Евросоюза, по ее словам, во многом влияет на позицию Франции по "Мистралям".
"Если решение уже принято, его не получится сразу поменять. ЕС как большой корабль, которому, чтобы повернуть, нужно время", — отметила Татьяна Зверева.
Кроме того, она напомнила, что отношение к этой сделке все время было неоднозначным как в России, так и на Западе.
"Эта сделка была с самого начала весьма спорная. И как в России выражались самые разные точки зрения, так и на Западе. Например, в США те, кто выступает с критикой в адрес России, говорили, что Париж не должен передавать России "Мистрали", что это военная техника, и таким образом Париж показывает России, что она – партнер, а не противник. И все это вызывало резкую негативную реакцию", — заключила эксперт.