Автор Михаил Шейнкман
Эти парламентские выборы в Узбекистане едва ли занимали особое место в международном геополитическом календаре. Как ни старался Ташкент позиционировать их в качестве первого шага на пути к новому формату управления страной, все прекрасно понимали: пока остается старый, власть здесь все одно будет работать с оглядкой на него. А он, в свои 76, по крайней мере, когда голосовал, выглядел бодрым, полным сил и оптимизма. В том числе и потому, что знал, уже к 10 утра по местному времени выборы можно было признавать состоявшимися.
Всего за два часа явка преодолела минимальный порог в 33%. К закрытию она приблизилась к 88%. И на это тоже в демократическом мире, конечно, никто не обратит внимание. Хотя Узбекистан нарушил тенденцию последнего времени. Даже в странах, где парламент имеет определяющее значение, электорат на выборах убедительно его проигнорировал, пассивностью выразив недоверие этому институту власти. Антирекорды установили в Латвии, Молдавии, Японии. А здесь на уровне единодушия. Несмотря на то, что еще и не жили с парламентом, который что-то может решать. Следующий станет таким первым. Он и премьера будет выдвигать, и правом законодательной инициативы пользоваться.
Но не поэтому, шепчутся злые языки, запредельная явка. В Центральной Азии просто так привыкли. Выборы – это всегда праздник. А праздник – это всегда всенародный. Тем более, если "сам" так сказал. По сути, новый парламент республике выбрал именно президент Ислам Каримов. Задолго до голосования. Когда захотел несколько поделиться с ним своими полномочиями. Все-таки годы берут свое. И чтобы они внезапно не забрали все, бессменный правитель решил хотя бы часть власти "застраховать" в Олий Мажлисе. Принято считать, что так он предохраняет страну от борьбы за власть в случае своего ухода и оставляет ей самое дорогое, что у нее есть – политическую стабильность.
Так в своем Казахстане уже поступил Нурсултан Назарбаев. И это ничуть не отразилось ни на его авторитете, ни на его влиянии. И в Узбекистане 21 декабря избирателям оставалось лишь собрать парламентский конструктор из предложенных им деталей. Неважно, в каком порядке, главное, что играть им будет тот же человек. Это одни и те же партии, переходящие из созыва в созыв. "Экологи" заранее получили свои 15 мест. Здесь так принято "соблюдать" чистоту. Остальные 135 мандата по традиции распределяли между собой четыре партии. Либерально-демократическая, она и после выборов осталась правящей, Народно-демократическая, "Национальное возрождение" и "Справедливость". Оппозиционных сил среди них нет, поэтому термин "предвыборная борьба" — это не про Узбекистан. Так, состязание ораторов. Не больше. Но большего от них и не потребуется. Даже с расширенными полномочиями.
Эксперт по странам ЦА Аждар Куртов продолжит.
— Узбекистан этими парламентскими выборами действительно вступает в новую политическую реальность или это только так называется?
— Мне кажется, второй вариант вашего предположения больше соответствует действительности. Если исходить из юридических документов, то действительно была проведена некая конституционная реформа, которая расширила полномочия парламента. И ныне парламент может определять, кто будет премьер-министром. Но в реалиях Узбекистана нужно прекрасно понимать, что там созданы условия для существования исключительно президентской власти. И поэтому, какие бы полномочия не отписывала конституция парламенту, все будет решать глава государства. И тому есть доказательства. В нынешних парламентских выборах принимали участие исключительно провластные, пропрезидентские политические партии.
— Главная кампания ожидается в марте. На выборах президента тоже все будет открыто, но не состязательно, как оценили международные наблюдатели нынешнее голосования.
— Пока еще, конечно, рано говорить об этом. Но Ислам Каримов стареет. И мне трудно сказать, в момент, пока он свою кандидатуру не выдвинул, какие сюрпризы он может приготовить. Но, скорее всего, в любом случае вариант будет именно такой: будет соблюдена демократическая процедура, но все будет решаться отнюдь не путем честного открытого соревнования на выборах. Я полагаю, что президентские выборы в Узбекистане гораздо важней, чем парламентские, но будет ли это новым этапом или нет, пока сказать сложно.
Избранием нового парламента Узбекистан формально прощается со статусом суперпрезидентской республики. Иначе говоря, республики суперпрезидента. В какой-то степени, признают специалисты, это соответствует истине. Ведь он, на самом деле, уже не тот, что двадцать лет назад. Хотя и без приставки "супер" всегда сможет поддержать депутатов добрым словом. А здесь оно еще долго будет считать решающим.