Автор Михаил Шейнкман
"Георгий, он же Жора, он же Гога, он же Гоша…". Это "Москва слезам не верит", а Токио, может быть, и проймет. Если там все-таки решат, что для Грузии – это действительно так важно, как именно ее называют. Как бы то ни было, ее глава, между прочим, Георгий Маргвелашвили пообещал очень постараться, чтобы в конце октября приехать в Японию президентом Грузии, а уехать из нее президентом Джорджии. Сказал, что убедительно попросит страну Восходящего Солнца официально величать его республику на американский манер, а не "Гурудзиа", как сейчас. Он считает, что такой позывной должен его сограждан крайне обижать. Хотя это всего лишь японское произношение слова "Грузия".
Но в том-то и беда, что в таком звучании в самой Грузии вдруг опять услышали слишком много постсоветского. "Опять" — это потому, что кампанию за "возвращение" стране доброго английского имени, хотя она никогда такой не была, начал еще Саакашвили. Его министр иностранных дел Вашадзе мамой клялся, что изживет это ненавистное русскоязычное наследие из географии. Носился с идеей переименования по всему свету. Но даже прибалты ради "маяка демократии" не стали отказываться от топографической привычки.
Верноподданные Вашингтона, они точно знали, что Джорджия может быть только одна. И это — американский штат. Не увидели большой разницы тогда лишь в Южной Корее – там пошли навстречу Саакашвили. Но для него такая блажь была хотя бы естественной. Он на английском общался едва ли не чаще, чем на грузинском. Потому что перед Госдепом отчитывался гораздо добросовестней, чем перед собственным народом. Не скрывая намерений уничтожить само слово "Грузия", он вместе с ним едва не уничтожил страну. Ведь уже к моменту ее распада Саакашвили, лаская слух и повышая самооценку, мог буквально называть ее Джорджия. В смысле, Джордж и я. По крайней мере, по тем временам Джордж Буш-младший "заслужил", чтобы его именем назвали не только улицу в Тбилиси, но и государство.
Но те времена прошли, а желание уйти от, как они ее называют, "славянской фонетики" — нет. Причем, на этот раз с президентом и правительство солидарно. С некоторых пор между ними это случается крайне редко. Но сейчас и глава МИД Панджикидзе признает, что работа в этом направлении ведется и объявляет ее целью топонимическую революцию. При этом о переименовании грузин в каких-нибудь "джорджианцев" речь пока не идет. Видимо, власти все же понимают, если гордая нация прознает об этом, революцию устроят им самим. И даже не спросят, как зовут.
Между тем, местные лингвисты советуют политикам, если уж им так не терпится оставить на карте свой след, назвать страну так, как она звучит на титульном языке – "Сакартвело". Это, во всяком случае, точно будет аутентично. Правда, никаких ассоциаций. Ни с ЕС. Ни с США.
Вопрос директору Института стратегии управления Петру Мамрадзе (Тбилиси):
— Насколько для Грузии, для населения страны актуальна эта кампания по переименованию?
— Я считаю, что для подавляющего большинства это не актуально, ибо подавляющее большинство нашего населения полностью занято тем, чтобы выжить. В прямом смысле этого слова. Я постоянно сталкиваюсь с этой нищетой. И с тем, что значительную часть населения спасает помощь от родственников, уехавших на заработки. Главным образом, в Россию. Хотя, конечно, определенное внимания и какие-то эмоции это вызывает.
— С чего бы это вдруг и президент, и правительство занялись этим делом. Зачем им понадобилась Джорджия?
— Джорджия – это страна Святого Георгия. И для православного населения Грузии это, конечно, значение имеет. Хотя по-грузински Грузия – Сакартвело вовсе, а не Грузия, скажем, или Джорджия. Все условно. Я никогда серьезно к таким вещам не относился, хотя понимаю различные настроения. Но для власти остановить этот процесс, которые начался при Саакашвили, это опять выслушивать обвинения в том, что держатся за советское прошлое, что выполняют приказ Москвы. И, к сожалению, зачастую наша новая власть обращает внимание на такие выпадки движения Саакашвили. Или, точнее, его остатков.
Говорят, вначале ты работаешь на фамилию, потом она работает на тебя. Но, к чему эти условности, если можно взять фамилию, которая сразу будет работать вместо тебя? Страна, правда, два года назад голосовала за грузинскую, а не американскую мечту. Хотя, свое получила. Ведь при Саакашвили мечтой можно было считать избавление от него. Другое дело, что пока Грузия и от новой жизни особого удовлетворения не испытала. Может быть, поэтому власти решили превратить ее в точку "G".