Автор Мария Балябина
Антироссийские настроения Вашингтона, раздутые из-за ситуации на Украине, могут поссорить Соединённые Штаты с Европой, как гоголевских Ивана Ивановича и Ивана Никифоровича. Жители захолустного Миргорода, бывшие некогда лучшими друзьями, не поделили никому не нужное сломанное ружьё. Потом один назвал другого гусаком. И — понеслось.
А началось-то всё с того, что Иван Иванович, лениво оглядывая свои владения, подумал: "Господи Боже мой, какой я хозяин! Чего у меня только нет!" А потом уже всерьёз задумался, чего же у него нет. Оказалось, того самого ружья (сломанного!). Так же и в Белом доме, наверное, крутя глобус, выбирали, куда ещё расширить свое влияние. И Украина оказалась как нельзя кстати. Помочь, конечно, попросили ЕС — закадычного друга, который должен приютить и накормить раздираемую конфликтами страну.
Но не всё в Миргороде так спокойно, как кажется. Вашингтон, забывшись в своей фамильярности, наносит Европе одну обиду за другой. Евросоюз, конечно, не стал сразу топать ногами и подавать на друга в суд, как гоголевский помещик. Но осадок-то, наверняка, остался.
Франция затаила обиду на Вашингтон из-за "Мистралей" и шантажа банка BNP Paribas. Берлину стало уже просто неприлично не замечать толп американских шпионов в Германии, которые прослушивают весь немецкий истеблишмент. Да и остальные страны, связанные экономическими отношениями с Россией, после разговоров о санкциях заметно занервничали.
Но этими неурядицами дело не ограничивается. США, заполучив-таки Украину, теперь пытаются выгодно её пристроить — как то самое сломанное ружьё. И себе не нужно, и выкинуть жалко. Вот Вашингтон и решил, что лучшее место новому приобретению — в Европе.
Правда, Старый Свет, у которого, похоже, начинается кризис самоопределения, прибавлению особо не рад. Действительно, гражданская война — это не лучшее начало для долгих плодотворных отношений. Да и рассадник нацизма под боком никому не нужен. Не говоря уже о том, что все эти безобразия нужно ещё и оплатить.
Расхождение интересов США и ЕС становится всё более чувствительным для Европы. И, как знать, возможно, когда-то она устанет прогибаться и поставит свои экономические интересы выше чужих геополитических.