Японский премьер выступил с программной речью в парламенте. И заявил, что его страна откроет новую эру в отношениях с Москвой. Потом Синдзо Абэ уточнил: на основе доверия между ним и президентом России государства решат территориальную проблему и заключат мирный договор. И напоследок констатировал, что отсутствие этого документа ненормально.
Кто же спорит – действительно, ненормально. И договор давно пора заключить. Нерешенным остается главный вопрос: на каких основаниях? На предложение Владимира Путина подписать документ до конца года без предварительных условий Токио среагировал, мягко говоря, прохладно. Иными словам, идею отверг. Все дело в том – и это ни для кого не секрет – что у Японии радикально иной подход к этой проблеме, нежели у России. И нет никаких намеков, что в обозримом будущем он претерпит принципиальные изменения. Очевидно, что главным условием для заключения договора Япония считала и считает передачу ей в той или иной форме части островов Большой Курильской гряды. Их иногда почему-то называют "спорными", тем самым ставя под сомнение итоги Второй мировой войны. Но для России нет сомнений в принадлежности этих территорий, которыми она, кстати, по словам Путина, "не торгует".
Однако Синдзо Абэ, так же как и многие его единомышленники, очень рассчитывает "дожать" Москву. В этом он, что отчетливо просматривается, видит свою особую историческую миссию. И у него прибавилось времени для решения ключевой политической задачи. Не так давно Абэ в третий раз был избран на пост председателя правящей Либерально-демократической партии, тем самым автоматически сохранив за собой пост главы правительства до 2021 года. Время есть, но его мало, и оно тает. А потому заявления о необходимости заключения мирного договора после решения "территориальной проблемы" в японском понимании будут нарастать с очень заметной динамикой: тут нет никаких сомнений. В Токио, похоже, совершенно не намерены считать позицию Москвы по южным Курилам окончательной.
Нюанс, если можно так сказать, заключается в том, что ни один документ – пусть даже гиперважный и меганеобходимый – несоизмерим с утратой Россией законно принадлежащих ей территорий. На чаше весов размещены некорректные друг по отношению к другу "предметы", если говорить образно. Например, пучок ваты и золотой слиток. Они ни при каких условиях не могут уравновеситься и представлять одинаковую ценность.
Но так думают в Москве. У Токио, повторим, своя четкая точка зрения. Там рассчитывают заручиться поддержкой российских властей при помощи мощных инвестиций и совместного освоения островов. С прицелом, как некоторые считают, на введение на них на каком-то промежуточном этапе совместной администрации. Россия не против и даже "за" экономическое и гуманитарное партнерство на южных Курилах. В 2016 году стороны подписали порядка 80 соответствующих документов, включая соглашение об облегчении визового режима. Как заявляет сам Синдзо Абэ, уже второй год бывшие жители Кунашира, Итурупа, Шикотана и Хабомаи могут посетить могилы предков, начата работа над реализацией "совместной экономической деятельности". Но ни о каких административно-государственных вопросах управления островами в тех документах нет ни слова. Так что, казалось бы, бог в помощь – давайте вместе экономически их осваивать. Тем более надо повышать доверие, о чем неоднократно заявляли российский президент и японский премьер. Вместо этого Токио вводит санкции в отношении Москвы, ставя под удар совместное движение вперед (не предполагающее, впрочем, передачу Японии южных Курил). Спрашивается, зачем?
Очень похоже на то, что это было сделано, как иногда говорят, "с досады". Прежде всего, на текущую принципиальную позицию России по островам. Очевидно, что даже теоретическая возможность их передачи Японии создаст опаснейший прецедент и станет реальной угрозой для территориальной целостности и суверенитета Российской Федерации. Впрочем, разве эти риски волнуют Токио? Не волнуют. И не должны волновать, поскольку они чужие. Там решают свою задачу. И упорно продолжают считать южные Курилы своими, добиваясь от России аналогичного подхода. В правительстве Японии даже есть официальная должность такая – министр по делам Окинавы и северных территорий. "Северные территории" для Токио – это те самые Кунашир, Итуруп, Шикотан и Хабомаи. Совсем недавно глава этого ведомства Мицухиро Миякоси совершил вполне себе демонстративный осмотр южной части Курил с мыса Носаппу. Дескать, как там поживают "северные территории"? Кстати, сделал он это в строгом соответствии с принятым в 2009 году специальным законом, фиксирующим на бумаге владение Японией южнокурильскими островами.
В буддизме, оказавшем огромное влияние на формирование японского синтоизма, говорят: начинать надо с малого, и через последовательность, терпеливость и усердный труд обязательно придет успех. Но в России свои народные мудрости: на нас где сядешь, там и слезешь.
Автор Сергей Ильин, радио Sputnik