В любой конфигурации, при любом оппонировании и в любом соперничестве – правее, левее, социальнее или "центрее" - Франция выбирает и голосует за идеи руководителя нынешней парламентской фракции правой партии "Национальное объединение".
Социологи просчитали в том числе и возможность так называемого "республиканского голосования" - когда непримиримые враги объединяются, только чтобы не дать возможность еще более мощному (и их общему) сопернику выиграть. Этот примитивный цирковой фокус впервые опробовали четверть века назад, когда отец Марин Ле Пен, Жан-Мари Ле Пен, основатель и идеолог "Национального фронта", вышел во второй тур президентских выборов, поколотив и тем самым отправив в политическое небытие кандидатов от всех иных партий. Тогда это сработало впервые. Вторично и в третий раз это сработало, когда глобалисты, надув и раскрутив нынешнего хозяина Елисейского дворца, вывели его на авансцену.
Но с четвертого раза дошло даже до французских избирателей.
Никакие центристы (а на самом деле, ставленники глобалистских евроэлит) вроде обоих экс-премьер-министров, Филиппа и Атталя, никакие тусклые социалисты и даже никакие ультралевые, вроде Меланшона, не устоят против желания все тех же галлов и франков, чтобы наконец-то ввести в Елисейский дворец своего кандидата.
Но это – лишь гипотезы. И лишь предположения.
На "земле" и в практической сфере публикация рейтингов, хоть и вызвала умопотрясение, реалии не изменила. Пока не изменила.
Медийка послушно, но, правда, без блеска, отрабатывает методичку, присланную еще до обнародования цифр соцопроса. В студию наиглавнейшего вечернего выпуска новостей телеканала TF1 был приглашен внук коминтерновца Рубина Глюксмана и сын философа Андре Глюксмана Рафаэль Глюксман. Широко известный в узких кругах месье Глюксман постарался, ну, как мог – перебить информационную повестку, заявив, что "намерен баллотироваться на пост президента Пятой республики".
Проблема в том, что ни фамилия Глюксмана, ни его идеи французам неизвестны от слов "никак" и "совсем". Но за Глюксманом – внуком и сыном – стоят, и сегодня это стало понятно, деньги. Достаточно большие, чтобы, по крайней мере, начать что-то из себя представлять политически. Большие деньги – это глобалисты, естественно, которые сделают все, чтобы, с одной стороны, распылить электорат Ле Пен, а с другой – создать видимость все той же политической конкуренции.
Почему за восемь месяцев до первого тура голосования таким, пусть и очень предварительным, раскладом интересуемся мы? Потому что пост французского президента – это монархический, практически абсолютистский, по размеру и уровню прерогатив. То, что может и в праве делать хозяин Елисейского дворца, не снилось никакого диктатору. И не от законов и процедуры зависит внешняя политика Франции, а от того, что решает ее президент.
От поддержки Украины до членства в НАТО и в ЕС – как сделает президент, единолично и персонально - так оно и будет. Так что смотрим за происходящим в парижских политических гостиных чрезвычайно внимательно: на кону там стоит очень многое, если не все, касающиеся судьбы глобалистского противостояния с нашей страной и со всеми нами.
Радио Sputnik в MAX. Подписывайтесь!