Пока Макрон в Берлине строил свои милитаристские глазки европейской "пятерке" (Германия, Польша, Британия там были среди других участников), обе палаты парламента Пятой республики решили, что хватит наводить тень на плетень, и увеличили расходы на армию. И не на символические суммы. А сразу, чтоб не мелочиться, на миллиарды в общеевропейской валюте.
Даже когда (и если когда) нынешний хозяин Елисейского дворца уйдет из политики, схема щедрого финансирования продолжит действовать. Всего на вооруженные силы французские депутаты потратят 430 (и с "хвостиком" еще в шесть) миллиардов евро.
Все, как говорится, познается в сравнении, и если абсолютные цифры выглядят не слишком впечатляюще, то вот что выходит, если включить относительный режим.
Нынешняя, вот просто на сегодняшний день, армия во Франции – это, и еще вместе с резервом – 200 тысяч человек. Это военные. Есть еще жандармы, которые вроде бы военные, но они относятся к МВД, и не имеют традиционной армейской выучки.
Далее: эти четыре с лишним сотни миллиардов евро – не общий оборонный бюджет, не то, что планируется потратить на оплату заказов ВПК Франции. Эта сумма предназначена исключительно для переобучения, переоснащения, повышения зарплат, страховок и прочего исключительно для личного состава французских ВС.
Финансовый документ Макрон должен подписать 14 июля, в главный национальный праздник, День взятия Бастилии. Потому что именно в этот день на Елисейских полях традиционно устраивается военный парад. Там как раз все виды и рода войск и представлены.
Расширение финансирования и соответствующий закон, который подписывает главнокомандующий армией – символ и сигнал, который посылается не только военным, но и всему французскому социуму.
Сигнал звучит так: "Мы будем воевать с Россией".
Практически те же слова, пусть и в гораздо более завуалированной форме, сам же Макрон произнес накануне в Берлине. Он назвал грядущее прямое военное столкновение с нами "гарантиями безопасности", которые будут поддержаны "размещением воинского контингента "коалиции желающих" на территории Украины".
Еще такие заявления называют провокацией. Созданием casus belli. Что, как мы знаем, приводит к войне.
Самое опасное для нас и самое нежелательное – начать думать, что наши успехи в СВО и ситуация на ЛБС, где мы продвигаемся ежедневно, способны хоть как-то убедить закусивших удила европейских реваншистов, что не стоит вновь наступать на те же грабли. Это не поможет.
Самое важно для нас – понять, что Франция водительствует вновь в этой военной кампании против нас. С тем же предсказуемым результатом.
Ну и мы должны начать готовить им Смоленский тракт. Чтобы они бежали шибче.