Тяга к власти так велика, что один неизбравшийся мэр свел счеты с жизнью. Но не все так строги к себе: есть персонажи, готовые заключать союзы с кем угодно, лишь бы состроить козью морду соперникам. Любые блоки и альянсы, чтобы в итоге носить триколорную ленту в ближайшие пять лет.
Расклад генеральной репетиции выглядит позорно для партии власти, пусть их и несколько, но имя ей "макронизм". Макронизм и макронистов избиратели проигнорировали. Удача в избрании, вернее, в переизбрании посветила фарами лишь Эдуару Филиппу. Первый макроновский премьер, уволенный, поскольку перетягивал на себя комплименты прессы, вновь стал мэром портового Гавра. Собственно, он нравится избирателям ровно потому, что Макрон его убрал с глаз подальше.
Все остальные макроновские протеже пролетели как фанера над Парижем. Голосовавшие больше не хотят видеть в своих городках, агломерациях и деревнях макроновских шаромыжников.
Итак, за кого сегодня французский народ?
Не знаем, огорчим или обрадуем, но граждане Пятой республики голосуют за левых. За просто разных левых. За ультралевых. И даже иногда за социалистов.
Причины понятны и прозрачны. Левый спектр оказался – в рамках существующих во Франции моральных стандартов – приличнее остальных. Во-первых, левым удалось сломать макроновскую пенсионную реформу. Это было непросто, но они это сделали. Во-вторых, левые и ультралевые сумели спасти остатки французского социального государства, сохранив на прежнем уровне часть пенсий и пособий. В-третьих, левые и ультралевые громче других и не торгуясь, требовали отставки Макрона.
А что же правые?
А ничего. Вообще ничего. Да, у "Национального объединения" появились в загашнике новые главы муниципалитетов в Бретани и в Лангедоке. Но партии Марин Ле Пен – Жордана Барделла не удалось взять ни крупные агломерации, ни важные города. Это связано с тем, что шаги, что совершала и партийная парламентская фракция, и ее два главных действующих лица Ле Пен и Барделла, избиратели не поняли. Сигналы – то за, то против, то в оппозиции, то рядом с властью – были мутными и конъюнктурными. Ну а классические правые проиграли где только могли. И, главное, они не взяли ни Париж, ни Лион, ни Тулузу, ни Марсель.
Именно эти четыре города традиционно определяют имя хозяина Елисейского дворца. Судя по той картинке, что складывается сегодня, по тем цифрам, что транслируют социологи, у несистемного кандидата, у человека ниоткуда, от персонажа, который придерживаться будет левых идей, шансы на выигрыш президентских выборов значительны.
И, стало быть, значителен шанс на то, что этот левый несистемный кандидат поведет Францию на выход из ЕС. И этот вектор еще несколько дней назад бывший очень гипотетическим, постепенно становится реальностью. Благом для Франции. И адом для коллективного Макрона.