Технологическое лидерство – ключевой фактор глобальной конкуренции и национальной безопасности. Главные мировые игроки прямо сейчас наращивают темпы развития искусственного интеллекта и расширяют сферы его применения. О том, что нужно нашей стране для победы в этой гонке, поговорим с представителем государственной корпорации развития России – главным управляющим партнером ВЭБ.РФ по развитию ИИ Александром Павловым.
- Прежде всего, каковы условия развития искусственного интеллекта? Что должно лежать в фундаменте этой технологии?
Здесь важно отметить и глобальную повестку, и нашу внутреннюю российскую, и, естественно, повестку бизнеса, граждан, пользователей, потребителей. Первое – это инфраструктура искусственного интеллекта, задача быстрого введения в эксплуатацию новых энергомощностей, так необходимых для того, чтобы искусственный интеллект работал как система.
У искусственного интеллекта потребление электроэнергии уже в настоящий момент приравнивается к большой стране – наподобие Канады, и потребление будет продолжать расти. Здесь у Российской Федерации как раз есть конкурентные преимущества: наша стабильная энергосистема, наша профицитная электрогенерация и наш климатический пояс холода, который для таких систем имеет ключевое значение.
Второе – это сервисы и сами продукты искусственного интеллекта для тех отраслей и сфер, где он наиболее востребован. Это сельское хозяйство, это предприятия, промышленность, медицина, здравоохранение, то есть там, где происходит обработка огромного количества информации с целью повышения эффективности принятия решений, нового уровня качества сервисов. Там, где есть конкретная прикладная польза для малого и среднего бизнеса либо крупных предприятий.
И третий слой – технологический, где пользователи – это мы сами. Для нас сервис должен быть безопасным, удобным, доверенным. Как раз в этом – задача институтов развития, входящих в группу ВЭБ.РФ. Они занимаются популяризацией цифровых решений, снятием рисков и предоставлением пользовательских сервисов на основе разработок российских стартапов и российских команд, которые, в свою очередь, получают благодаря искусственному интеллекту способ быстро вывести на рынок новый продукт.
- Если в основе цифровой инфраструктуры лежит энергетическая, то какие ее секторы, на ваш взгляд, имеют определяющее значение для развития ИИ в России? Это традиционные источники энергии или, может быть, нужно искать альтернативные?
- Если мы возьмем мировой опыт, то страны-лидеры стараются делать свои кластеры инфраструктуры искусственного интеллекта в максимально холодных регионах, так как для вычислительных мощностей под задачи класса "трейнинг" не важна скорость отклика системы, не важно расположение вблизи точек обмена трафиком и даже не важен постоянный доступ специалистов и безопасников к этим системам. Поэтому тут имеет значение география. Так сложилось на рынке ЦОДов, что там, где есть энергетика в избыточном количестве, целесообразно делать ЦОДы под искусственный интеллект, под задачи "трейнинг" – это условия холодного климатического пояса, большая достаточная энергетика. А там, где есть большое количество потребителей и точек обмена трафиком, там целесообразно делать менее энергонагруженные ЦОДы под задачи класса "инференс". В нашем случае это Центральный федеральный округ. А в тех регионах, где недостаточно энергомощностей: атомной энергетики, гидро- или электрогенерации, как раз обсуждаются проекты по альтернативной энергетике и по быстровозводимым малым энергетическим модулям, которые могут дать для задач такого класса быстрые и эффективные решения.
- Как группа ВЭБ.РФ видит развитие энергетической инфраструктуры России для ИИ в дальнейшем?
- У ВЭБ.РФ как корпорации в первую очередь стоит задача технологического лидерства. ВЭБ.РФ традиционно финансирует мегакрупные инфраструктурные проекты. Поэтому для развития трансарктического транспортного коридора и других больших национальных проектов, ВЭБ.РФ благодаря проектному финансированию обеспечивает вытягивающий спрос на решения в сфере искусственного интеллекта. Искусственный интеллект также сопряжён и с задачами робототехники, беспилотного транспорта, информационных технологий, информационной безопасности. Там, где есть роль институтов развития, входящих в ВЭБ.РФ, может происходить финансирование и сервисов на основе искусственного интеллекта, и решений по альтернативной энергетике, и способов дать необходимую мощность в том месте, где под ЦОД есть острая потребность, есть якорный заказчик. То есть есть разделение по большим и сверхбольшим проектам, и малым, в том числе - в сфере энергетики, в сфере обеспечения достаточными мощностями.
- Можете рассказать о конкретных проектах, реализуемых группой ВЭБ.РФ, направленных на достижение нашей страной технологического лидерства?
- Например, Сколково реализует ряд проектов технологического лидерства, финансирует их, и другие институты развития, входящие в ВЭБ.РФ, также присоединяются. Аналогичным образом, группа финансирует проект АТОМ. АТОМ – это машина будущего, которая работает как электротранспорт, как беспилотная автономная система и, по сути, как сервис для шеринга, для доставки человека, груза из точки "А" в точку "Б" в любых условиях. Наверное, это самый близкий, самый понятный, самый яркий пример, когда все институты развития, входящие в ВЭБ.РФ, могут в рамках своих мандатов и полномочий финансировать одно большое решение, которое конкурентоспособно, которое видит и зарубежные рынки для продвижения своих продуктов и в котором каждый может поучаствовать.