Французские виноделы могут (и, скорее всего, станут) заложниками отношений Макрона и Трампа, и шире – ЕС и США – в торговой войне, которая началась еще почти шесть лет назад между Вашингтоном и Брюсселем. Трамп в первый свой мандат одним росчерком пера ввел пошлины на европейские товары. Америка была очень зла на преференции, которые еэсовские бюрократы отписали корпорации Airbus. По мнению Трампа, это было проявлением нечестной конкуренции. Ну, он и дал сдачи.
Результат?
Потери французских виноделов составили не менее 30%. Знаменитые "медоки" и "сотерны", "мутон-ротшильды", как и "шато-марго" из-за кратно увеличенного ценника перестали раскупаться в Америке так, как прежде. И ничто, никакие аргументы не могли Трампа переубедить. В том числе и личные разговоры, и телефонные звонки. Тарифы были сняты лишь при следующем хозяине Белого дома.
Но пять лет назад Трамп уже был, как говорят в Америке, "хромой уткой", до выборов оставался лишь год. Нынче не то что давеча. С момента инаугурации не прошло и ста дней.
Так что главный ад и кошмар производителей вина во Франции только начинается. На отраслевом мероприятии "Винэкспо", на которое съехались независимые, как их называют, виноделы (их компании не принадлежат крупным холдингам, для которых вино – полезный, но не главный актив) описывали свое будущее в самых мрачных красках и тонах. Их предприятия зачастую ориентировались в своем производстве практически эксклюзивно на американский рынок. Для самих французов цены такого рода "бордо" и "бургундских" очень высоки. Мало кто может сегодня во Франции позволить себе купить бутылку красного за 15–20 евро, не говоря уже о двух и тем более трех – к семейному ужину или чтобы угостить приглашенных. По винишку, как и всем иным тратам, сегодня средний француз протягивает ножки.
И тут опять возникают, вне зависимости от того, нравится это кому-то или нет, санкции, за которые Франция голосовала и которые поддерживала. Да, вино оттуда не попало прямо под рестрикции, но в России его сегодня все воспринимают как продукцию из вражеской страны. Это раз. Два – наша страна решила обложить 25%-м налогом импортное вино. Три – у нас самих виноделие развивается бешеными темпами. Соотношение качества и цены русского вина – абсолютно непревзойденное, и тут французские и вина, и шампанское, и коньяки, и дижестивы просто не в состоянии конкурировать.
Ну и вишенка на пирожном: французское виноделие было практически одной из немногих, если не единственной статьей экспорта, где цифры держались постоянно в профиците. Этого больше не будет. По крайней мере, в ближайшие четыре года. Попав под Трампа, французское виноделие получило раны, несовместимые с жизнью.
Автор Елена Караева, специально для радио Sputnik