Франция уходит по-английски. Париж закроет свое посольство в Нигере

Подводя итоги года в интервью телеканалу France5, Эммануэль Макрон об этом даже не вспомнил. Наверное, потому что просто вылетело из головы, поскольку, ну что тут скажешь – "умерла, так умерла". А совсем не потому, что стыдно признаться из-за кого. К тому же у него деликатно забыли об этом спросить. Зато теперь все только о том и говорят, что сегодня Нигер покинул последний французский солдат из того полуторатысячного контингента, что дислоцировался в этой стране до недавних пор. Хотя солдат как раз последним и не станет. За ним потянутся дипломаты. Париж закроет посольство в Ниамее из-за "невозможности нормально функционировать".

В переводе на анекдотичный это значит: "злые вы – уйду я от вас". Здесь, правда, теперь недолюбливают их брата-мусью. Точнее, недолюбливали их всегда, теперь презирают. Пятой республике бы гибкость проявить, коль все-таки надеялась сохранить для себя местные урановые копи. Но как, если себя уже не переделать. Вся французская дипломатия в Африке вообще и в Нигере, в частности, это – дипломатия хозяина по отношению к батраку. Да, колония бывшая, но первое слово все равно дороже второго. Тем более что французское сознание только его выделяло жирными и крупными буквами.

Потому и не сообразили они сразу, что с госпереворотом здесь поменялся не только режим, но и философия. Люди решили быть хозяевами своей судьбы, вот и сбросили в июле профранцузского Мухаммеда Базума. Кстати, достаточно аккуратно, поскольку он по-прежнему в президентском дворце и ни в чем себе не отказывает (ну кроме власти). Хотя она и в период его правления была у него относительной, потому что руководил он страной с оглядкой на Запад. А теперь один из его, как он сам о себе думает, ярчайших представителей "нигерского сидельца" даже не вспоминает. При этом все равно надувает щеки, пытаясь строить из себя лидера мирового масштаба.

Я, говорит, еще подумаю, может, и приглашу Владимира Путина на 80-летие высадки союзников в Нормандии. Все, говорит, будет зависеть от ситуации на Украине. С тех пор как он не позвал нас в минувшем июне (хотя он никогда нас не звал – последний раз президент России был там в 2014-м при Олланде), мы стали еще сильнее. Потому и ситуация на Украине вряд ли вызовет у него желание пригласить нас следующим летом. Это, во-первых. Во-вторых, мы и тогда, в 1944-м, вполне обошлись бы без этой их высадки, поскольку им она нужна была гораздо больше, чем нам, и сейчас переживем.

Твердят, правда, что подобные допущения свидетельствуют о перемене в настроении Макрона. Он же, дескать, еще признал, что не удалось сдержать Россию. Но главное не то, как меняется он (ему и обратно переобуться не проблема), а то, что наше мнение о нем уже навсегда. Ведь когда Владимир Путин сказал, что "почти все европейские лидеры внешне ведут себя, как генерал де Голль, а на практике – коллаборационист Петен", он, прежде всего, имел в виду их земляка, который, видимо, так и не понял, что Нигер – это "черная метка".