Данилевский и его знаменитый труд "Россия и Европа"

Девятнадцатого ноября 1885 года скончался геополитик, идеолог панславизма Николай Яковлевич Данилевский, автор книги "Россия и Европа". Почти за полвека до появления известной работы Освальда Шпенглера "Закат Европы" Данилевский сформулировал ряд основных положений, легших в основу теории культурно-исторических типов, которая позднее на Западе принесла известность тому же Шпенглеру и Арнольду Тойнби. По мнению Данилевского, общечеловеческой цивилизации нет и быть не может. Он выдвинул идею о культурно-исторических типах цивилизаций, под которые можно подвести все многообразие различных культур, существовавших ранее или известных ныне. Простейший способ передачи ценностей одной культуры другой, по мысли Данилевского, может быть назван пересадкой посредством колонизации. Типичным примером подобного рода преемственности является восприятие Италией основ греческой цивилизации, Северной Америкой – образа жизни и культуры Англии. Другой способ воздействия одной цивилизации на другую заключается в том, что одна цивилизация служит как бы материалом для другой. Так, из Египта и Финикии вышла Греция, сама Греция стала фундаментом для Рима, а Рим и Греция заложили основы германо-романской Европы.

Говоря о западной и русской православной цивилизациях, Данилевский отмечает: Европа не только нечто нам чуждое, но даже враждебное.

"Взгляните на карту, – говорил мне один иностранец, – разве мы можем не чувствовать, что Россия давит на нас своей массой, как нависшая туча, как какой-то грозный кошмар?" Да, ландкартное давление действительно существует, но где же оно на деле, чем и когда выражалось? Франция при Людовике XIV и Наполеоне, Испания при Карле V и Филиппе II, Австрия при Фердинанде II действительно тяготели над Европой, грозили уничтожить самостоятельное, свободное развитие различных ее национальностей... Но есть ли что-нибудь подобное в прошедшей истории России? Правда, не раз вмешивалась она в судьбы Европы, но каков был повод к этим вмешательствам? В 1799-м, в 1805-м, в 1807 гг. сражалась русская армия, с разным успехом, не за русские, а за европейские интересы. Из-за этих же интересов, для нее, собственно, чуждых, навлекла она на себя грозу двенадцатого года; когда же смела с лица земли полумиллионную армию и этим одним, казалось бы, уже довольно послужила свободе Европы, она не остановилась на этом, а вопреки своим выгодам, – таково было в 1813 году мнение Кутузова и вообще всей так называемой русской партии, – два года боролась за Германию и Европу и, окончив борьбу низвержением Наполеона, точно так же спасла Францию от мщения Европы, как спасла Европу от угнетения Франции. Спустя тридцать пять лет она опять, едва ли не вопреки своим интересам, спасла от конечного распадения Австрию... Какую благодарность за все это получала она как у правительств, так и у народов Европы – всем хорошо известно".

Данилевский писал, что интересы Европы не только не могут быть нашими интересами, но в большинстве случаев прямо им противоположны. Причем в Европе эта враждебность носит осознанный характер, а в России она не осознается. Данилевский, опираясь на исторические документы о взаимоотношениях России и Европы, приходит к выводу, что при всех попытках сближения интересов России и Старого Света, русские государственные интересы неизменно ущемлялись. Он справедливо вопрошал: "Какая война, которую мы вели в качестве члена европейской системы, какой союз, какой мирный договор, который мы заключили в качестве европейской державы, принесли нам действительные выгоды?" Ответ очевиден.

А эту "моду" вмешиваться во всякие европейские дела ввел царь-реформатор Петр I. Об этом красочно писал историк В.О. Ключевский: "У Петра зародился спорт – охота вмешиваться в дела Германии. Разбрасывая своих племянниц по разным глухим углам немецкого мира, Петр втягивается в придворные дрязги и мелкие династические интересы огромной феодальной паутины. Ни с того ни с сего Петр впутался в раздор своего мекленбургского племянника с его дворянством, а оно через братьев своих поссорило Петра с его союзниками, которые начали прямо оскорблять его. Германские отношения перевернули всю внешнюю политику Петра, сделали его друзей врагами, не сделав врагов друзьями, и он опять начал бросаться из стороны в сторону... Так главная задача, стоявшая перед Петром после Полтавы – решительным ударом вынудить мир у Швеции, разменялась на саксонские, мекленбургские и датские пустяки, продлившие томительную <Северную> войну еще на 12 лет".

И какова же основная мысль труда Н.Я. Данилевского? Он приходит к очевидному убеждению о необходимости для России выйти из европейской политической системы, которая нам враждебна, и руководствоваться исключительно своими государственными интересами.