Свобода злого. США отказали российским СМИ в освещении Совбеза ООН

За перелетом Сергея Лаврова из Москвы в Нью-Йорк по интернет-ресурсу Flightradar24 следили 3 миллиона человек. Только одномоментно – тысяч 700. В Соединенных Штатах, конечно, и эту информацию попытались бы заблокировать или как-нибудь нейтрализовать, поскольку перемещение по воздуху даже их президента не всегда вызывает столько просмотров, не говоря уж о блеклом и мало кому интересном Блинкене. Но для этого им пришлось бы порвать всемирную паутину. А к этому они, видимо, еще не готовы. Впрочем, судя по той скоростной необратимости, с которой они напрочь отказываются от всего, что считают ценностями, дойдет и до этого.

А пока российским журналистам, планировавшим освещать председательство главы МИД в Совете Безопасности ООН (Россия весь апрель – дежурная по Совбезу) просто отказали в предоставлении визы. По сути, ввели запрет на профессию. А "просто" – это потому, что без всяких причин. Хотя и не сказать, как говорят в таких случаях, без объявления войны, поскольку информационная – объявлена давно, только сейчас она перешла на личности. Госдеп тянул резину, сопровождая это занятие отговорками в стиле "мы над этим работаем". Получается, недоработали.

Признать, что удивили – значит, покривить душой. Ничуть. Удивление – это все-таки сильная эмоция, а поведение США вызывает лишь легкое чувство брезгливости. Мелкие пакости опустившейся сверхдержавы. Они ведь это делают не только потому, что их пугает реальная свобода слова. Это – свобода злого. Не найдя в себе мужества отказать во въезде Сергею Лаврову, они до последнего задерживали его визу, а затем отыгрались на его сопровождении, вместе со СМИ лишив доступа и некоторых членов делегации. Ну а что, они же грозились создать российскому министру дискомфорт, вот и решили, пусть, мол, почувствует себя обделенным.

Он в ответ уже улыбнулся, пообещав, что "не забудем, не простим". Хотя на языке, наверняка, вертелись два совсем других слова. Для начала сделает это на заседании Совбеза – поставит тем, кому эти слова подходят больше всего, на вид их очередное и явное злоупотребление положением принимающей стороны. Об этом, правда, следовало бы говорить не только главе МИД России, но и офису генерального секретаря ООН, если не самому Антонио Гутерришу. Но там от комментариев предпочли отказаться. Впрочем, чего мы от них хотим, если у них даже информация о прослушке генсека вызвала всего лишь озабоченность. А тут их вроде как и вовсе не касается.

Что же касается Госдепартамента, то если прежде у нас перестали именовать их "партнерами", то теперь впору перестать считать их коллегами. Абсолютно противоположными же делами занимаемся. Для нас дипломатия – это искусство возможного, для них она – что и свобода слова, одно название. Разница, как между терапевтом и патологоанатомом. Оба в белых халатах, но есть нюанс. Тот, кто не хочет иметь дел с первым, попадает на стол второго.