Животрупещащая история. Байден признал иранскую сделку мертвой

Тот случай, о котором можно сказать, что это было давно и неправда. Прошло-то уже месяца полтора. Вот только неправда осталась. Она и сегодня актуальна. Была бы, не сдай себя Джо Байден с потрохами. Причем так конкретно, что Белому дому оставалось лишь подтвердить и реальность видео, уже ставшего вирусным, и подлинность слов президента, который, по сути, признал, что Вашингтон своей бестолковой возней с иранской ядерной сделкой всего лишь пудрил миру мозги. "Она мертва, но мы не будем объявлять об этом. Это – долгая история", – сказал он, своим откровением эту, получается, животрупещащую историю прервав.

Совсем старый стал – вода не держится. А тут еще и тепленькая пошла, поскольку обстановка располагала. Это был митинг в поддержку кандидатов от Демпартии за несколько дней до промежуточных выборов. В толпе избирателей, к которой Джо, как он любит, подошел для неформального общения, случились и выходцы из Ирана. Как выразилась одна из них, "мы не хотим соглашения с муллами, потому что они нас не представляют". Как ни сказать этой милой женщине то, что она хотела услышать? Это же так совпадает и с его собственным мироощущением.

Только – тсс, никому. Забыл предупредить он. Вот видео и слили. Ну потому что нечего откровенничать с первыми встречными – все-таки глава государства. И, наверное, в этом можно было бы углядеть его желание подыграть электорату. Но представитель Совета национальной безопасности Джон Кирби исключил такую трактовку. "Комментарии президента полностью согласуются с тем, что мы говорим о СВПД, который сейчас не является нашим приоритетом". Не стал он объяснять, почему бы США по-честному не отказаться от этой сделки вообще, коль "мы не ожидаем, что соглашение будет заключено в ближайшем будущем".

Потому что иллюзия ее реанимации нужна Вашингтону для того, чтобы навязывать Тегерану свои условия для ее переиздания и, обвиняя его в нежелании их выполнять, растягивать удовольствие от политики ужесточения санкций. Намерение устроить здесь переворот еще никто не отменял. Байден же как-то проговорился, мол, "не беспокойтесь, мы скоро освободим Иран". Тут же, правда, уточнил, что "они сами себя освободят". Но первое слово – дороже второго. А первое его слово о ядерной сделке – мертва. И лишь потом доктор все равно не скажет: "В морг".

Хотя это же не только про нее. По тому же принципу они не объявляют мертвой американскую гегемонию, делают вид, что все еще шевелится американская демократия, пытаются создать ощущение, будто по-прежнему что-то теплится в американской исключительности. В общем, это Байден про жизнь. В том числе, и про свою. Он ведь сам уже почти как иранская ядерная сделка. Только они не признают это официально, ибо хотят, чтобы это была долгая история. По крайней мере, еще на один срок.