Чем гололед отличается от гололедицы? Чем опасно потепление после долгих морозов и больших снегопадов? Какие у россиян планы на Новогодние праздники? Кто и зачем снимал ролики с призывом заключать контракт с вооруженными силами РФ?
О самом важном и интересном - в программе "ИЗОЛЕНТА live" с Петром Лидовым и Алексеем Тимофеевым на радио Sputnik.
Гости:
- Никита Поповнин, метеоролог;
- Игорь Бухаров, президент Федерации рестораторов и отельеров России;
- Александр Асафов, политический обозреватель;
- Эльдар Муртазин, ведущий аналитик Mobile Research Group;
- Александр Пелевин, писатель, поэт, журналист.
Никита Поповнин: ледяной дождь – это тот вид осадков, который иногда возникает, когда приходит теплая воздушная масса. Сегодня к вечеру подойдет эта самая теплая воздушная масса. Осадки из теплого воздуха сверху начинают выпадать в жидкой фазе, а проходя через холодный воздух начинают обмерзать. Чем дольше такое явление происходит, тем оно опаснее, потому что из-за этого образуется гололед – корочка льда. И если ледяной дождь идет целый день, то может накопиться увесистый слой льда, из-за чего ломаются деревья, рвутся провода, а на улице очень скользко.
Игорь Бухаров: несмотря на вести с фронтов, люди все равно продолжают жить, ходить в рестораны, праздновать. Новый год – это праздник для нас знаковый. Возможно, празднование будет не таким бурным, как до СВО, но у нас еще было и два года ковидных ограничений. Но все равно люди заказывают гостиницы. Москва и Санкт-Петербург этим отличаются, потому что ехать, по сути, некуда. Рестораны тоже заняты под празднование. Я думаю, люди все равно будут продолжать ходить в рестораны, ездить в разные города и заказывать там гостиницы.
Александр Асафов: безусловно, это достаточно стандартная политическая технология, это работа политтехнологов для обеспечения электоральных или иных политических процессов. Мне кажется, что эти ролики о подписании контракта с ВС РФ – политический продукт, который направлен на разрушение социального самочувствия, на дискредитацию вооруженных сил. Совершенно очевидно, что заброс был с той стороны, со стороны Украины. Поэтому, я считаю, что это одно из проявлений информационной войны – заказчик за рубежом, деньги потрачены не малые и продукт очень высокого качества – и мне жаль, что мы не очень умеем так же работать, что не хватает у нас навыков.
Эльдар Муртазин: с точки зрения технологий у нас все хорошо, насколько это возможно. Рынок не упал. Нам в марте прочили, что мы не выдержим, все рухнет: Госуслуги не будут работать, транспорт общественный остановится, самолеты перестанут летать, билеты купить будет нельзя. Мы видим переход на наши решения, зачастую вынужденный. Этот переход не будет безболезненным, не будет быстрым, но это правильно. Я всецело это поддерживаю, потому что деньги остаются в семье, внутри страны. Мы перестаем быть цифровой колонией. Мы оставляем деньги внутри страны и пускаем их на собственное развитие, что очень хорошо.
Александр Пелевин: в литературе назревают колоссальные перемены. Случилось так, что у нас литература разделилась на условных "ватников" и условных "либералов". Причем разделилась очень резко и очень сильно. Внезапно выяснилось, что у "ватников" огромная аудитория, которая ходит на наши вечера, которые читают и интересуется литературой, и что уехавшая тусовка литературных критиков, на самом деле, очень мало времени и внимания уделяла литературе как таковой. И вдруг выясняется, что читатель есть и читатель хочет встречаться с писателем. То есть появилась наконец возможность переломить ситуацию и вернуть литературу читателю.
Коротко и по делу. Только отборные цитаты в нашем Телеграм-канале.