Сегодня в рамках нашего цикла "Ритмы Евразии" мы обсуждаем актуальную тему, повлиявшую на всю ситуацию в евразийском пространстве.
Наш корреспондент Рустем Сафронов встретился в Донецке с Юрием Викторовичем Сивоконенко. Он был одним из зачинателей "Русской весны" в Донбассе, спецназовцем. Сейчас Сивоконенко является председателем Союза ветеранов "Беркут", депутатом народного Совета Донецкой Народной Республики.
Юрий Викторович, вы начинали изменения в 2014 году, были одним из тех, кто зажег это пламя. Не жалеете сейчас, что уже столько крови пролилось, а цель пока не достигнута?
Не сожалею ни об одном прожитом дне. Начали мы еще в 2013 году, когда "Беркут" уехал в Киев. Ценою своего здоровья, жизни, парни, выполняя свой профессиональный долг, сложили головы, пытаясь остановить выплеск ненависти, русофобии, которые зарождались там у людей, которые прыгали на Майдане.
Все это происходило при попустительстве мирного населения, которое уверяло на Майдане, что мы будем как в Европе, будет демократия. Оказалось, что это безнравственность и абсолютно чуждые нам европейские ценности: "родитель 1", "родитель 2". Были нарушены принципы гендерности, ведь Господь Бог дал папу и маму.
Они пытаются нарушить много чего.
Самое печальное, что забыли и попытались переформатировать историю. Историю нашего славянского народа: русского, украинского, белорусского – когда-то единого целого.
Во время Великой Отечественной войны пострадало 27 миллионов человеческих жизней, а Украина потеряла много достойных сынов и дочерей. И самое страшное, что удалось внедрить русофобию. И по телевизору, в Telegram-каналах показывали видео, где ребенку всего пять–шесть лет, а он уже откровенный русофоб.
Он стоит, читает стихи про то, что надо идти убивать русских. А за что? Я с 1979 года работал тренером по вольной борьбе в детско-юношеской спортивной школе. Потом был инспектором по специальной боевой спортивной подготовке в ОМОНе, в "Беркуте".
Больше всего настораживает беспринципность, коварство западных политтехнологов. Их политтехнологи очень четко сработали вдолгую именно на Украине. Породили ненависть к русским. Возродили упырей, палачей, предателей – Петлюру, Мазепу, Бандеру, Шухевича – этот ряд может продолжаться очень долго. Все они были предатели и палачи по своей внутренней сущности.
Из террориста Бандеры, который толком на Украине не жил, создали героя.
Даже Петлюровский вариант самостийности Украины был не такой агрессивный, как у Бандеры! Но сейчас возобладал именно бандеровский вариант украинского национализма.
Вот буквально вчера выпустили пленную и спросили, как там в России, и она сказала, что надо убивать русских, уничтожать, вместе с детьми. Представляете, что у них внутри находится?! Какая нравственность? Какая вера? Какой Бог?
Как так могло получиться, если мы даже возьмем историю Великой Отечественной войны, ведь нацисты по Украине прошлись катком. Здесь было очень много убитых, разрушенных домов, городов. И была Советская Украина. Сейчас некоторые деятели пытаются отрицать само понятие украинства, как нечто антирусское, враждебное, но я с этим категорически не согласен. Была дружественная Украина. Были партизанские командиры Сидор Ковпак, Петр Вершигора, режиссер Александр Довженко. Они ощущали себя украинцами, но вполне лояльными нашей общей Родине. Лояльными Москве. Была ведь нормальная Украина. Как получилось, что возобладала эта безумная Украина Бандеры, ведь ее сторонники в советское время тихо сидели, хотя до этого, сразу после войны, подло убивали советских воинов, учителей, убили писателя и журналиста Ярослава Галана. Но все равно – их было меньшинство.
Почему эта идеология возобладала среди народа и была взята в качестве государственного курса?
Надо еще вспомнить, что во время Великой Отечественной было четыре украинских фронта. Их подвиги насыщены победами, достижениями и, самое важное, милосердием.
Куда бы на освобожденную территорию ни приходил "русский Иван", даже если он был по национальности русский, украинец, белорус, казах, что он делал в первую очередь? Он заботился о мирном населении. Пытался накормить, согреть и обезопасить.
Я думаю, что все началось с Хрущева, когда он выпустил бандеровцев, всех этих "лесных братьев", "ночных мстителей". Они приходили убивали, сжигали по ночам. В открытых боях с советской армией они не участвовали.
Когда Горбачев с этой псевдодемократией добавил. Мы сейчас пожинаем плоды этого всего.
Все равно их было меньше. Как они смогли возобладать? Оттеснить других, лояльных нашему общему братству, нашей общей памяти, на периферию?
Есть восточная мудрость – народ, не помнящий своей истории, обречен на забвение. Тем более при элитах, пытающихся эту историю переписать. Когда начали переписывать историю, на это не обратили должного внимания.
Все меньше и меньше оставалось тезисов, фактов, примеров героических подвигов наших земляков, отцов, дедов. У меня и дед воевал. Отец в 1944 году приписал себе год и в 17 лет пошел воевать на Второй Белорусский фронт.
В 1985 году, когда я должен был надевать погоны спецподразделения, уже поступала информация о программе, по которой не менее 10 тысяч детей на Западной Украине должны были пройти через военно-патриотические пластунско-скалолазательные лагеря.
Там детям потихонечку внедряли эту технологию. Сначала книжки почитайте. Потом фильмы посмотрите.
Кто там верховодил? Украинская эмиграция или западные эмиссары? Кто разрабатывал программу для всех этих лагерей?
Самая мощная украинская диаспора у нас в Канаде. Большинство изданий и книг, которые приходили и приходят, финансируются оттуда. Когда мы зашли в освобожденную Волноваху, которая была восемь лет под укронацистами, в школьных библиотеках мы находили эту литературу.
Начиная от комиксов для деток из садиков, где нарисованы лица вурдалаков, – это русский воин. Школьные учебники полностью заполнены программами по стандартам НАТО. Уже тогда все это было, но никто не обращал серьезного внимания.
Я считаю, что спецслужбы СССР всегда были лучшими, состояли из профессионалов, с очень мощной мотивацией, но украинские службы получали повышение квалификации не в Москве, а в Пентагоне, в Америке.
Формат информационной войны, который вкладывается в мозги людей, очень влиял. Зомбировалось и нагнеталось еще в 2013 году, когда все начиналось. Начали унижать и оскорблять "Беркут".
Тогдашнее руководство и президент Янукович оказались слабыми, чтобы прекратить всю эту вакханалию и бесовщину. Надо было разогнать тогда, и не было бы такой крови.
Не было политических дискуссий, и действовали силовым нажимом.
А когда 20 февраля кровь полилась рекой, донецкие были готовы объединяться, как ветераны спецназа. В декабре мы начали выходить на площадь Ленина, проводить законные митинги.
Из 80 человек, которые были там, слава богу, никто не погиб. Но все были резанные, стрелянные. Это был вооруженный переворот.
Провокаторам была нужна бойня, нужна кровь. Теперь кровь течет больше.
Чего добились сторонники украинской независимости? Они фактически спровоцировали автономию Донбасса. Ведь Донбасс просил не так уж много – оградить себя в рамках Украины. Сделать себя федеративной частью. Не согласились.
Добились вооруженного конфликта. Дело дошло до специальной военной операции. Сейчас разрушается материковая Украина, отдельная от Донбасса. Что в этом хорошего для националистического руководства Украины?
Как Вы объясните их логику? Или они надеялись, что смогут решить все силой?
Большая ошибка именно в этом. Есть такое стихотворение: "Донбасс никто не ставил на колени и никому поставить не дано!". Они решили, что они "великие укры" и постарались решить вопрос силой. Не получилось.
С нами надо разговаривать. Мы же были готовы к диалогу! Требования было: право на русский язык, на наши праздники. Один из самых святых – День Победы, чтобы его не переформатировали в День Памяти и Скорби. И хотели сделать как в Европе – 8 мая.
Это предательство памяти своих предков.
Сейчас они говорят: мы вас придем освобождать. От кого нас освобождать? От меня? От моих родных? От друзей?
В России многие либералы, которые недовольны специальной военной операцией, говорят, что, если бы тогда Гиркин-Стрелков не пришел, то все было бы тихо и мирно. Утверждают, что конфликт спровоцировала Россия.
Гиркин пришел весной, а мы уже с января собирали на площади Ленина тысячи людей – 10–15–20 тысяч. Мы были возмущены происходящим. Люди скандировали: "Россия! Россия!"
Когда прошла спецоперация "Вежливые люди" в Крыму, все были заряжены на то, что такая же ситуация будет и у нас. Люди хотели справедливости, честности и признания того, что мы такие, как мы есть.
Значит, конфликт был неизбежен?
Не надо все переводить на Гиркина-Стрелкова. Оружие применили раньше, в Киеве. Расстреливали наш "Беркут". Их поджигали живьем. Бабка наливает зажигательную жидкость, а молодая девчонка кидает в беркутовцев.
Налетающие самолеты расстреливали мирные машины и детей на пляже.
Убийств было много. Это были способы диверсионной работы. Но чем было больше обстрелов, тем сплоченнее были люди.
У вас было разочарование, что Россия не вмешалась напрямую?
Да. Было. Сначала было, что еще немного, еще потерпим. Первых пленных мы просто отдавали матерям. Они приезжали, забирали: Житомир, Хмельницк. Поезжайте, расскажите, что мы тут – коренные дончане. Было важно, чтобы нас слышали.
Восемь лет Донецкая Республика, казалось бы, независима. В то же время ее часть находилась под контролем Украины. Минские соглашения не выполнялись. Рано или поздно это должно было взорваться.
Как встретили специальную военную операцию? Как на нее смотрят здесь?
Девятый год мы под обстрелами и под бомбежками. Знаем, что такое – без воды. Без света. Без тепла. У нас вода подается не каждый день. Это не самое страшное. Значительно страшнее, когда каждый день приходится сталкиваться с человеческой болью. Когда кто-то из знакомых, близких, друзей кого-то хоронит. Особенно тяжело, когда хоронят детей. Вы знаете, что у нас в Донецке есть Аллея ангелов. Знаете про "Горловскую мадонну".
У нас есть специализированный мединститут, который делает уникальные операции именно на послевзрывные травмы. Два года назад приезжали специалисты из института Рошаля. Сказали, что мы приехали вас учить, а оказывается нам надо у вас учиться – такой большущий опыт у вас накоплен.
А сейчас еще – мины "Лепестки", запрещенные международной конвенцией. Но об этом почему-то забывают. А сколько детей с оторванными ручками-ножками.
Нас обстреливали фосфорными бомбами. Кассетными бомбами, которые разлетаются на миллионы стрелок.
Вы верите в успех специальной военной операции?
Конечно, верю. Враг будет разбит. Победа будет за нами. И будет только так.
Должны ли быть промежуточные договоры?
Договоры с кем? С палачами и висельниками? У нас в Донецке "сказал и сделал" – главный принцип. А на той территории – "сказал и предал". Я вижу только победу.
Если Россия ограничится только освобождением Донбасса, оставит ли Киев в покое эту территорию? Или попытается вернуть?
Мы же уже воюем не с Украиной. Мы воюем с блоком НАТО. Здесь латыши, поляки, англосаксы, негры, американцы. Они сначала ехали, как на сафари. А когда получили то, что заслужили, что-то попритихли.
Если объединим усилия – победим. Как Советский Союз, находясь в более тяжкой ситуации, объединился и победил. Родину надо защищать.
Люди должны понять, что признание ДНР и ЛНР – это возвращение исторической справедливости, а не нарушение международного права?
Именно так. Сейчас многое решается в тылу. Тыл должен быть надежным. Воины должны знать, что о семье позаботятся. Что у него хорошее обмундирование. Хорошее оружие. А не так, как у нас: даже офицеры бегают со старыми ПМами.
Безусловно, все эти события позволили иначе взглянуть и на состояние оборонки. На мобилизационную подготовку. Хочется верить, что можно перестроиться, чтобы побеждать.
Должна быть начальная военная подготовка в школах. Мальчики должны уметь обращаться с оружием. Армия должна быть почетной обязанностью, как в советское время.
Это была еще хорошая школа, чтобы узнать свой народ. Узнать свою страну. Научиться находить общий язык. Если мы к этому вернемся, у нас будет большой штат резервистов.
Мы столкнулись с "шапкозакидательством", и это дает свои отрицательные результаты. Надо больше внимания уделять командному звену, которое может чему-то научить. В том числе – физическому воспитанию.
Нам необходимо срочно пересмотреть систему физической культуры в целом.
Насколько близка перспектива полного освобождения Донбасса?
К сожалению, это надолго.
Необходимо честно доносить до командования реальную ситуацию, без приписок, и строить реальные планы.
Какой у Вас посыл для молодежи в России?
Любить, ценить, побеждать и приумножать. Если нарушен принцип преемственности и ценности поколений, – меняется общество.
Мы сидим во фронтовом городе, где действует комендантский час. Но хотелось бы дожить до того времени, когда на Донбассе будет мир.
Беседовал Рустем Сафронов
Коротко и по делу. Только отборные цитаты в нашем Телеграм-канале.