Обошлись без Сальери. Ле Пен и Макрон несколько часов "травили" друг друга

Они подошли к этой дуэли с соотношением 56 на 44. Не те, конечно, 32 процента, что разделили их пять лет назад, но все равно солидно. Однако, не знай французы кто есть кто, и суди они лишь по этим трем часам прямого эфира, могли не угадать, в чью пользу разница. Это была уже совсем не та Марин Ле Пен. Она вела дебаты уверенно, сдержанно, по-взрослому, с сухими цифрами, конкретными предложениями и колючими аргументами. Эммануэль Макрон, напротив, капризничал, хамил, впадал в экзальтацию, перебивал, едва не скатываясь на крик. Иной раз его даже унимали ведущие, поскольку выходил и за временные рамки, но его в этот вечер все одно несло.

Впервые выйдя с ним на телевизионный ринг в 2017-ом, Ле Пен, как посчитали тогда, ошибочно старалась выставить будущего президента Франции избалованным ребенком. Сейчас ей не пришлось тратить на это силы. Он все сделал сам. А его попытка вновь, как и тогда, представить визави "проводником путинских идей", потому что она, дескать, когда-то в 2014-ом брала кредит в российско-чешском банке, сейчас и вовсе выглядела как-то совсем по-детски: потешно и несерьезно. Тем более, что это о его бестолковых телефонных домогательствах к Путину уже анекдоты ходят.

Впрочем, на смех Макрона подняли не из-за этого. Публика прыснула в голос, когда он пообещал увеличить МРОТ на 34 евро. Это после того, как Ле Пен уничтожила в хлам его "ужасающие экономические показатели". Вообще, ей удалось лишить оппонента преимущества своего поля. Ей по жребию выпало открывать, и на правах первого номера она отказалась начать с Украины, хотя модератор очень настаивал. Макрон в итоге все равно оседлал свой конек, не зря же только им и занимался, но проехаться на нем с размахом уже не смог – все было завалено бытовыми проблемами, поднятыми и элегантно расставленными Ле Пен.

Строго говоря, формат предвыборного фулл-контакта – это не столько про идеи, обещания, просчеты и проекты (они и так известны). Это эмоции, нерв, манеры. И в этом смысле дама выглядела гораздо предпочтительней кавалера. Если верно, что ей рекомендовали сыграть в "мать нации", то ей эта роль вполне удалась. Но, во-первых, этот ее пресловутый бэкграунд. Во-вторых, почтенной мадам никак не пойдет платье революционной Марианны. А оно сейчас для Франции опять актуально. Да и грудь уже обнажил Эммануэль. Так что приз зрительских симпатий уходит в Елисейский дворец. Во всяком случае, так объявил сам Елисейский дворец.

Гран-при, скорее всего, тоже останется у "Моцарта финансов", как назвала Макрона Ле Пен, имея в виду совсем не комплимент, а его способность сочинять виртуозные схема для игры народными деньгами. К его чести, той же монетой он отвечать не стал. А, может, дело и не в чести вовсе, а в суеверии. Назовешь человека Сальери – и жди от него неприятностей. Ведь эти несколько часов жизни она ему точно отравила.