Кто оскверняет советские памятники в Германии и что Москва делает для предотвращения этого? Что думают россияне о неонацизме, помнят ли они Ленина? Что ждет иноагентов в России? За счет чего государство увеличит социальные выплаты, как и на чем будут экономить россияне? И как правильно провести майские каникулы? Эти и другие темы обсудим вместе с генеральным директором ВЦИОМ Валерием Федоровым.
Валерий Федоров: такого рода инциденты (осквернение памятников - прим. редакции) - их сейчас больше, чем прежде. Они случались и раньше, но сейчас они идут чередой. Это что касается Германии. А вот, что касается, например, Польши, то там уже на государственный уровень вышел снос памятников. Тоже начиналось все с вандализма, а теперь мы видим, что уже просто сносят, и планы заявлены очень амбициозные - около 60 памятников в году должны снести. То есть Польша выступает таким тараном, и она легитимирует такой новый порядок отношения к памятникам, к захоронениям наших солдат, который прежде казался невозможным. За ней постепенно начинают подтягиваться и другие страны. Понятно, что если это в Германии произойдет, то это приведет к таким последствиям, что никому мало не покажется.
Валерий Федоров: опросы, скажем, во Франции и других западноевропейских странах, "кто сыграл главную роль в победе над нацизмом, кто освобождал Берлин", показывают, что доля тех, кто говорит, что это Красная Армия, постепенно снижается. Увы, все больше и больше западных европейцев уверены в том, что это была американская армия.
Валерий Федоров: когда готовятся какие-то решения, и власти хотят понять, как на них отреагируют, поддержат их или осудят, то проводят опросы. Но их результаты не предают огласке. Это управленческие исследования. Вообще это хороший тон, на самом деле и для руководства страны, региона, города или даже крупной компании. Если этого не делать, то есть огромный риск нарваться на большую ошибку.
Валерий Федоров: 24 февраля разделило нашу жизнь на два больших этапа - до и после. Конфликт наш с Западом сегодня приобрел поистине уже вселенские масштабы. Теперь будем бороться без надежды на успех, как говорится. Причем каждая сторона. То есть уже цель не победа, а цель - сама борьба. Поэтому, конечно, иноагентов и всех, кого к ним приравнивают, будут все жестче и жестче регулировать. Я думаю, все эти идеи и предложения они, наверное, оправданы, потому что тяжело ходить с клеймом иностранного агента, особенно если не знаешь, за что тебя к ним причислили. Но я думаю, что они (новые предложение - прим. редакции) не пройдут. Какое-то смягчение возможно только в случае, если задуют мирные ветра, если мы в конфронтации с Западом дойдем до предела, оттолкнемся и начнем возвратное движение. Но мне кажется, до этого еще очень далеко.