Если раньше на их международной кухне Нуланд отвечала за "кондитерку", то сейчас она - су-шеф. Персонаж, от которого производство порой зависит больше, чем от шефа. Вот и ее приезд в Россию тоже должен был дать пищу для размышлений.
Говорят, как-то на большом совещании в Госдепе Хилари Клинтон, еще в ранге главы этого ведомства, с удивлением узнала о некоей инструкции, разосланной от ее имени посольствам Соединенных Штатов в европейских странах. "Что за бумага?", – поинтересовалась она у Виктории Нуланд. "Потом расскажу", – пресекла та неуместный диалог и закрыла тему. Это к вопросу о статусе и влиянии нашей американской гостьи. А ведь тогда она была всего лишь помощником госсекретаря по постсоветскому пространству. Теперь – первый заместитель по политическим делам.
Иными словами, если раньше на их международной кухне она отвечала за "кондитерку", иногда заваривая каши и подливая масло в огонь, то сейчас она – су-шеф. Персонаж, от которого производство порой зависит больше, чем от шефа. По крайней мере, организационно. Вот и ее приезд тоже должен был дать пищу для размышлений. Оптимисты (а встречаются еще и такие) в предвкушении говорили даже, что привезла она в Москву из Вашингтона "дух Женевы". Дескать, первый при Джо Байдене визит столь высокого уровня следует принимать как логическое продолжение встречи президентов.
Сама история ее появление у нас уже могла трактоваться как признак того, что еще не все потеряно. Ведь ради этого стороны пошли на "визовый размен" – Россия исключила невъездную Нуланд из "черного списка" после того, как Госдеп поступил аналогично с и.о. замдиректора департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями Константином Воронцовым. Значит, было бы желание, как-то сам собою напросился вывод. У США, впрочем, оно заключалось лишь в том, чтобы разведать обстановку.
Правда, для разведчика Виктория вела себя как-то уж очень откровенно, стараясь привлечь к себе максимум внимания. Малиновый костюм с ярко-полосатыми ботильонами. Явно несвойственные ее грубоватому имиджу романтичные твиты о наслаждении "бабьим летом". Променады в людных местах, фотки с прохожими. И это ее неизменное "продуктивно, конструктивно, полезно" после каждого, понятно же, что жесткого разговора, будь он в МИД, Минобороны или Администрации президента.
Тот, кто, ничего о ней не зная, судил о ней по кадрам ее пребывания у нас, вообще мог решить, что три счастливых дня было у нее в Москве. Она словно старалась разрушить представление о себе, как о едва ли не главной американской буке. Будто перед ней поставили задачу примелькаться на публике и продемонстрировать готовность. А вот тут-то и начинается таинственность. Поскольку так и не ясно, готовность к чему. И после ее вояжа, как говорят в таких случаях, на столе по-прежнему все варианты. От прекращения "дипломатической" войны до "дальнейшего обострения".
Как сказал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, "слишком большие у нас в отношениях авгиевы конюшни – так сразу их не разгребешь". Это – да. Тем более, когда занимаешься этим с теми, кто продолжает их наполнять.
О событиях в мире откровенно, остро, на грани – в авторском Телеграм-канале Михаила Шейнкмана.