Вопрос. К погибшим какой из сторон баррикад их отнести? И вроде все ясно: раз полицейские, то стояли за торжество демократии. Но коль так все у них закончилось, значит, поняли, что это не их торжество. Или не их демократия.
Формально, об этих четверых нельзя сказать, что они тоже жертвы "6 января". Первый свел счеты с жизнью 9-го числа, второй – 15-го. Еще двое, как выяснилось накануне, и вовсе в июле. Но даже если это действительно суицид, никто из них до штурма Капитолия не считался склонным к самоубийству. Крепкие, уравновешенные люди из благополучных семей. К тому же и выжившие в том, как принято у них считать, "аду". Стало быть, жить и жить. Но, видимо, и они скончались от полученных ран. Душевных.
Вопрос. К погибшим какой из сторон баррикад их отнести? Вроде все ясно: раз полицейские, то стояли за торжество демократии. Но коль так у них закончилось, значит, это не их торжество. Или не их демократия. Гюнтер Хашид ушел последним. По крайней мере, его коллегам, тоже попавшим тогда под раздачу, хотелось бы, чтоб на нем список закрылся. Обнаружили его у него же дома 29 июля – через день после первого заседания спецкомитета палаты представителей по расследованию тех событий.
Его дебют – это было то еще зрелище, олицетворением которого стал один из конгрессменов, само собой, демократов. Он то плакал, то смеялся, то щетинился как еж. В общем, жил бы Станиславский, то сказал б ему: ты врешь. Впрочем, кроме него там же еще рыдали либо едва сдерживали скупые мужские слезы вызванные в качестве свидетелей офицеры полиции. И глядя, как здоровенный темнокожий офицер дрожащим голосом, едва не плача, жалуется на то, как нехорошие дяди и тети его "негром" обзывали, многим из тех, кто носит форму, наверное, захотелось плюнуть в экран.
А Гюнтеру – и вовсе наложить на себя руки. Возможно, это просто так совпало. Но не исключено, что оказалось спусковым крючком. И вряд ли от обиды, что его в Конгресс не пригласили. Хотя он и сам имел что сказать. И совсем не то, что от него хотели бы услышать. Вот ему рот и закрыли. Сторонники конспирологии полагают, что пришло их время. Хашид с 2003 года служил в группе реагирования на чрезвычайные ситуации. То есть, во-первых, повидал. Во-вторых, доказал, что психологически вполне устойчив. И вдруг – самострел. А вдруг – это не вдруг? Как бы намекают они.
Четыре самоубийцы из охраны Капитолия – это уже система. И это именно ей не доверяют 58 процентов американцев, что отказались считать расследовательский спецкомитет Конгресса беспристрастным. Из республиканцев в нем только те, что голосовали за импичмент Трампу. И все понимают, что ищут там не истину, а управу на бывшего президента, чтобы даже думать забыл еще раз стать настоящим. Хотя вряд ли именно это понимание могло толкнуть 44-летнего отца трех дочерей на отчаянный шаг.
Спикер Пелоси, которая, по слухам, зная, что грядет 6 января, отказалась усилить полицию Нацгвардией, назвала Хашида "героем" и понадеялась на то, что его жизнь "послужит вдохновением для всех". "Это вряд ли",– дружно ответили ей копы. Учитывая, что спецкомитету подыграли тоже четверо полицейских, теперь у них ничья. И пока нет желающих менять счет.
О событиях в мире откровенно, остро, на грани – в авторском Телеграм-канале Михаила Шейнкмана.