Наполеон все-таки сумел сбежать со Святой Елены?

Девятнадцатого июля 1771 года родился Франсуа-Эжен Робо. Необыкновенный капрал наполеоновской армии. И выделялся он среди сослуживцев не какими-то сверхъестественными боевыми навыками или храбростью, а тем, что внешне был как две капли похож на "маленького капрала". Так любовно называли в армии самого Наполеона. И эпитет "маленький", конечно же, прибавлен от большой любви, поскольку Бонапарт имел достаточно высокий для тех времен рост – 169 сантиметров.

Из-за этого сходства Робо взяли в свиту Наполеона. Рассказывают, что корсиканец после покушения на него в 1800 году ("адская машина") приказал подыскать себе двойников. Нашли четверых. Правда, один из них был от природы слабоумен, другой вскоре стал калекой, упав с лошади, третий – убит при таинственных обстоятельствах. И лишь четвертый долгие годы сопровождал императора во всех его походах. Считается, что это и был Франсуа-Эжен Робо. Впрочем, только его существование как двойника императора подтверждено документально.

После того, как Наполеон отправился на остров Святой Елены, Робо вернулся в свою родную деревушку на севере Франции, где жил вместе с незамужней сестрой обычной и ничем не примечательной жизнью крестьянина. Но вдруг в 1818 году у дома Робо остановилась золоченая карета, один только вид которой потряс до основания всю деревушку. Ее таинственный пассажир зашел к бывшему капралу и пробыл у него пару часов, после чего уехал. Соседи, сгоравшие от любопытства, конечно, тут же прибежали к Робо с расспросами – в деревнях так принято до сих пор. Он им сказал, что приезжал доктор из Парижа, который хотел купить кроликов.

Ну да! За кроликами – из Парижа! Никто, конечно, Робо не поверил. А вскоре после этого он с сестрой уехал от любопытных соседей в неизвестном направлении. Это породило еще больше подозрений. К поискам подключились власти, и вскоре полицейские отыскали сестру. Причем с ней случилась явственная метаморфоза: крестьянка разрядилась и расфуфырилась словно светская дама и при этом явно не бедствовала. На вопросы о брате отвечала уклончиво, явно темнила: дескать, он нанялся моряком на какое-то судно, а больше она знать ничего не знает и ведать не ведает.

А некоторое время спустя и на острове Святой Елены тоже стали происходить метаморфозы, которые заметили все окружавшие Наполеона. Бывший император вдруг стал чрезвычайно забывчив, путался даже в воспоминаниях о своей собственной жизни. Еще говорили, что и почерк императорский заметно изменился. Да и сам он как-то быстро потучнел и обрюзг. Но все посчитали, что, дескать, всему виной здешний климат и болезни. Но это не так. Климат на Святой Елене – почти идеальный. Летом температура редко поднимается выше 25-ти градусов, а зимой не падает ниже 18-ти. Густые леса, чистая пресная вода...

И тогда же, в 1818 году, супруга генерала Бертрана, который со своим семейством последовал за бывшим императором на Святую Елену, написала подруге в письме, которое было перехвачено: "Наполеон наконец-то покинул остров. Победа!".

А некоторое время спустя в итальянской Вероне объявился француз – господин Ревар. Он купил лавку, но сам делами не занимался, препоручив все хлопоты компаньону – сеньору Петруччи. По словам этого самого Петруччи, француз явно не имел для профессии коммерсанта ни нужных навыков, ни желания, но при этом был богат. А вот жители Вероны отметили совсем другое – что этот Ревар очень похож на самого Наполеона. Его даже за глаза стали называть "наш император".

В 1823 году в Верону прибыл посланец с письмом к французу. Прочитав его, Ревар заявил компаньону, что ему надо срочно уехать по делам. Он оставил Петруччи письмо, наказав его передать адресату, если через три месяца он не вернется. И тотчас уехал. Петруччи ничего не понял, однако, взглянув на конверт, остолбенел: письмо было адресовано королю Франции. Ревар так и не возвратился. А спустя 30 лет, уже на склоне жизни, Петруччи обратился к властям Вероны со странным заявлением. По его словам, в течение пяти лет его компаньоном был сам Наполеон. Свои слова Петруччи подтвердил клятвой на Библии...

Было еще одно темное дело 1823 года с неизвестным, убитым часовым около Шёнбруннского замка близ Вены, в котором жил сын Наполеона. Многие утверждали, что этим убитым был сам Наполеон. Хотя эту версию и опровергать смешно, если представить себе 54-летнего тучного и больного Бонапарта, карабкающегося через высокую каменную стену замка.

Да и многое, конечно, во всей этой истории о Наполеоне, его мнимом бегстве и о его двойниках кажется фантастическим. Однако почти точно установлено, что посмертная маска императора, снятая на острове Святой Елены, не является маской Наполеона. И многие исследователи до сих пор уверены, что в Доме Инвалидов в Париже покоятся останки вовсе не Наполеона, а, возможно, того же Франсуа-Эжена Робо. Однако власти не дают пока разрешения на эксгумацию, дабы с помощью анализа ДНК установить подлинность останков.

Зато это дает благодатную почву для многих "сенсационных открытий". Не так давно французский генетик Жерар Люкотт, единственный, у кого в распоряжении есть клетки Наполеона (он сам так говорит), заявил, что, исследовав ДНК императора и ныне живущего представителя рода Бонапартов, нашел у Наполеона кавказские корни. Правда, не уточнил национальность. Наверно, чтобы не вызывать ненужного ажиотажа. Вдруг еще выяснится, что Карло Буонапарте вовсе не корсиканец, а представитель какого-нибудь народа Кавказа российского подданства. (Тут уже и до "русского агента" Трампа совсем близко!).

Кстати, саркофаг Наполеона сделан из розового порфира, привезенного из России. 200-тонную глыбу подарил Франции русский император Николай I.

Коротко и по делу. Только отборные цитаты в нашем Телеграм-канале.