"Когда я оказалась в бункере, весь мой мир закончился, остался только мирок на площади шести квадратных метров. Я понимала, что все равно хочу жить и обязательно увижу свою маму. И эта вера придавала мне сил. Я переживала каждый день невероятные чувства страха, отчаяния, но самое главное – вера всегда жила в моей душе", – рассказала Екатерина Мартынова.
"Было чувство, что теперь мое тело принадлежит ему, маньяку, и только мои мысли и мечты оставались моими. Я жила в каком-то своем мире, писала стихи, рисовала картины, и только этим защищалась. Я придумала себе психологическую игру, где должна была рисовать красивых женщин, в откровенной одежде, и когда меня насиловал маньяк, я представляла, что он совершает половой акт с героиней моей картины, а я просто сторонний наблюдатель", – отмечает пленница "скопинского маньяка".
"Все ток-шоу федеральных каналов ждут нас вдвоем, но я, конечно, говорю: "нет". Не хочу видеть этого человека, его для меня не существует. Я до сих пор не могу поверить, что он на свободе. Я точно не хочу с ним встречаться, и его прощения мне не надо. То, что его показывают по телевизору и везде мелькает его лицо, тоже, на мой взгляд, хорошо, люди будут узнавать, сторониться его, надеюсь, что он будет изгоем. Наверное, есть процент людей, которые ему сочувствуют, но большинство сейчас возмущены, что он на свободе", – подчеркнула Екатерина Мартынова.
