В Конституции Мьянмы ясно написано, что в стране "дисциплинированная, процветающая демократия". А какая тут дисциплина, если процветание перешло экс-заключенной. А у военных как: нет дисциплины – нет демократии.
А как хорошо все начиналось. 8 ноября 2020-го это были первые за четверть века всеобщие парламентские выборы. Людей собралось уйма. Соскучились по волеизъявлению. Явка за 80 процентов. Очередь занимали до восхода солнца. И ведь взошло оно – солнце мьянмской демократии. Казалось, бесконечно оппозиционная "Национальная лига за демократию" не только победила, но и стала-таки правящей. Правда, не успела этим воспользоваться. В день открытия нового парламента все вернулось на круги своя, как обычно и бывает после команды "Кругом!".
Об этом и не скажешь, "военный переворот". Скорее, разворот. Армия Мьянмы, безраздельно управляющая государством с 1962 года, хоть и отказалась от власти, передав ее в 2011-ом гражданскому правительству, оставалась главной действующей силой. В парламенте даже за ее людьми навечно забронировано четверть зала. Но после голосования они все равно оказались в меньшинстве. А это уже не порядок. В конституции же написано, что в стране "дисциплинированная, процветающая демократия". А какая тут дисциплина, если процветание перешло экс-заключенной.
Из своих 70 лет Аун Сан Су Чжи 15 провела под домашним арестом после того, как уже раз победила военных в 1990-ом. Пока сидела, успела стать обладателем Нобелевской премии мира. Но президентом Мьянмы она и сейчас стать не смогла бы в принципе. Закон запрещает претендовать на эту должность лицам, имеющим родственников за границей. Ее покойный муж – канадец, а сыновья и поныне здравствуют в Лондоне. Впрочем, и полномочий госсоветника, что в их иерархии равносильно премьер-министру, ей вполне хватило, чтобы объявить, что она будет над президентом. И тот, тоже гражданский Вин Мьин, вроде бы и не возражал.
В итоге свергли обоих. Потому что у военных как: нет дисциплины – нет демократии. Генералитет обвинил "Национальную лигу" в масштабных фальсификациях на выборах и аннулировал ее триумф. Элементарно. Потому Джо Байден, как сказала о нем его Джен Псаки, и встревожен. Ведь его бы ждала та же участь, будь он в Мьянме. Или наоборот, вмешайся Мьянма в американские выборы. "США обеспокоены, что бирманская армия арестовала гражданских официальных лиц в Бирме", – назло этой самой армии, вернувшей некогда стране ее исконное имя, использовала Псаки название, данное еще британскими колонизаторами.
Хотя, даже если ты не Псаки, все равно трудно понять, как в государстве подавляющего диктата военных могли случиться махинации не в их пользу. Разве что ради чистоты эксперимента они сами все пустили на самотек. Сами пустили – сами распустили. Вице-президент Мьинт Шве объявлен временным президентом, а вся полнота власти теперь переходит главкому вооруженных сил Мин Аунг Хлайну. Говорят, что на год. Но эти-то выборы им пришлось ждать четверть века. Ну хоть попробовали. Кстати, армию здесь называют тамадо. Вот и получается, что у тамадо опять созрел тост.
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
Коротко и по делу. Только отборные цитаты в нашем Телеграм-канале.