Четырнадцатого декабря по старому стилю 1825 года в Петербурге на Сенатской площади произошло восстание декабристов.
Эта попытка государственного переворота началась с обмана. Офицеры-декабристы убедили солдат, что Николай узурпировал престол у Константина, который должен был стать императором после смерти бездетного Александра I. Хотя заговорщики прекрасно знали, что Константин отрекся от престола задолго до смерти своего старшего брата.
Он вступил в 1820 году в морганатический брак с польской графиней Грудзинской, что практически лишало его права на трон. Юридически это никак не было оговорено, но по факту было понятно, что Константину императором не быть. Впрочем, как уже говорилось, он и сам от этой участи отрекся. Акт отречения хранился в Успенском соборе Кремля.
Вид на Площадь Декабристов (ныне Сенатская площадь)
Это был не первый и не последний обман заговорщиков. Какова была конечная цель их восстания? Не сей счет у них не было единого мнения. Скажу лишь о некоторых. Провозглашение республики. Далее ‒ замена единоличной власти монарха диктатурой десятка революционных мечтателей. При этом предлагалось физическое уничтожение всей династии Романовых и создание временного Учредительного собрания.
Никита Муравьев, например, выдвинул проект по разделению России на федерацию из 15 частей с правом на провозглашение независимости. Получается, план Муравьева намного опередил американский проект цветных революций...
И еще. В советские времена любили говорить о беспримерной жестокости, с которой якобы были наказаны Николаем I декабристы. Ну, конечно, после двух революций, гражданской войны и двух мировых, сталинских репрессий служащим агитпропа в самую пору было стенать о казни пяти декабристов. Хотя, если говорить откровенно, казнить нужно было гораздо больше. В Европе так бы и сделали. И делали! Как-то забывается самый простой, но очевидный факт – подавляющее большинство декабристов были военными. А вооруженный мятеж военных – это самое тяжкое преступление по законам любой страны мира. Ибо военные облечены своей страной и народом не только чрезвычайными полномочиями, но и исключительной властью...
А знаете какие применяли декабристы методы агитации среди солдат? Как возбуждали ненависть к самодержавию? Пестель, например, показательно строго наказывал своих подчиненных. Некоторые солдаты за незначительные провинности забивались шпицрутенами иногда до смерти. Зачем? А чтобы солдаты испытывали ненависть к царизму. А Пестель что? Он тут не при чем – он лишь исполнитель воли монарха. Скажете, Пестель – подлец? Нет! Он идейный революционер, да еще и с фантазиями...
"Так будет же республика". Выступление Павла Пестеля на собрании Северного общества в Петербурге
О некоторых малоизвестных эпизодах восстания и о самом движении декабристов рассказал в своих "Записках" барон Евгений Розен, сына декабриста Андрея Розена. Сочинение дает возможность посмотреть на декабристское общество изнутри. И, что самое главное: взгляд Розена-младшего на поколение Розена-старшего беспристрастен, насколько вообще могут быть беспристрастны личные наблюдения.
Он писал: "Все декабристы пели с чужого голоса французских революционеров 1789 года, с самым неудачным применением к русской жизни и при совершенном незнании русского народа. Это были люди слова, идеологи в самом широком и вместе с тем фантастическом значении этого слова. В частных же отношениях они были не более как рекламно-прокламатическими крикунами... Многие из них жили помещиками в деревнях и нисколько на практике не применяли тех учений, которые они с такою ревностью исповедывали".
Розен-младший вспоминает: "Однажды крестьяне пришли к моему отцу с просьбой, чтобы он, по примеру соседних помещиков, начавших заниматься рациональным хозяйством, нанял грабарей для осушения болот. Осушивши их, увеличились бы не только помещичьи угодья, но и крестьянские. Следственно, выгода была обоюдная.
Когда крестьяне пришли с этой просьбой, мой отец перечитывал столь часто им читаемое объявление о правах человека, представленное Лафайетом в первую французскую революцию.
Выслушав просьбу крестьян об осушке болота, мой отец весьма бесцеремонно послал их к черту, назвав дураками за то, что они думают о таких, по его мнению, глупостях, и сообщил, что для них гораздо полезнее ознакомиться с читаемым им сочинением о правах человека. Причем отец начал им читать опус Лафайета вслух. Мужики долго слушали, наконец один из них сообщил, что им пора идти работать. На это мой отец сказал: "Хорошо, идите, а остальное я вам дочту, когда вы придете в другой раз". Мужики ушли молча. Само собою разумеется, что они больше не приходили"...
Читая Розена, кажется, что он рассказывает не о своем отце, а о Фоме Фомиче Опискине, блестяще описанном Достоевским в "Селе Степанчикове": "Мало-помалу Фома стал вмешиваться в управление имением и давать мудрые советы. Эти мудрые советы были ужасны. Крестьяне скоро поняли, в чем дело и кто настоящий господин, и сильно почесывали затылки. Я сам впоследствии слышал один разговор Фомы Фомича с крестьянами: этот разговор, признаюсь, я подслушал. Фома еще прежде объявил, что любит поговорить с умным русским мужичком. И вот раз он зашел на гумно; поговорив с мужичками о хозяйстве, хотя сам не умел отличить овса от пшеницы, сладко потолковав о священных обязанностях крестьянина к господину, коснувшись слегка электричества и разделения труда, в чем, разумеется, не понимал ни строчки, растолковав своим слушателям, каким образом земля ходит около солнца, и, наконец, совершенно умилившись душой от собственного красноречия, он заговорил о министрах"...
В случае с Розеном-старшим дело обстояло еще хуже, чем с Фомой Фомичом. Ибо любая философия, революционная или реакционная, это прежде всего нечто легковесное и, вместе с тем, неопровержимое. Если эта философия вдруг начинает применяться на практике, то в лучшем случае из этого получается Франция образца 1814 года с оккупационными войсками в Париже, а в худшем случае – это красный террор и ГУЛаг...
Но вернемся к "Запискам" Розена-младшего: "Декабристы, несмотря на существенную пустоту своих идей сделали немало зла тогдашней молодежи, удаляя ее от жизни действительной, охлаждая к государственной службе, к литературе, и искусствам.
Это были якобинические художники, веселящиеся своими утопическими теориями. Они бы испепелили все окружающее, если бы державная воля Николая I не удалила их в глухую тогда Забайкальскую область. Во время следствия и суда некоторые из них были призываемы к Николаю в кабинет, он с ними беседовал и удостоверился, что удаление их от общества так же необходимо, как удаление зачумленных людей от здоровых"...
Картина русского и латышского графика и живописца Василия Тимма (1820-1895 г.г.) "Восстание 14 декабря 1825 года на Сенатской площади".
Замечательно умно и верно написал о декабристах Василий Васильевич Розанов в "Опавших листьях": "Александр Македонский с 30-тысячным войском решил покорить Монархии Персов. Это что нам, русским! Пестель и Волконский решили с двумя тысячами гвардейцев покорить Россию… И пишут, пишут историю этой буффонады. И мемуары, и всякие павлиньи перья. И Некрасов с "русскими женщинами""...
В этом выпуске вы также услышите:
– История Экзерциргауза.
– Начальник Московской сыскной полиции А.Ф. Кошко.
Коротко и по делу. Только отборные цитаты в нашем Телеграм-канале.