Коронавирус закрывает границы, но срывает замки. Из-за инфекции вслед за обитателями камер, тюрем и зон вольную получили и государства еврозоны. В нее, конечно, никто силком не тянул, и попадание сюда даже сейчас подается как высшая благодать, а не мера. Но еще никто отсюда по-хорошему не уходил. Да и по-плохому не отпускали. А теперь здесь объявляется день открытых дверей. И уже не маячит на вышке надоевший Брюссель. Поэтому на свободу с чистой совестью, подорванным здоровьем, протянутой рукой и слабыми надеждами на то, что это поможет.
Европейский союз впервые в своей истории приостанавливает действие Пакта стабильности и роста. Потому что какой тут рост, какая стабильность. Остаться б в живых. Хотя это, на секундочку, базовый документ их единой валюты. Не то чтобы добровольное рабство, но по тому, как иные страны несли на себе это ярмо, складывалось ощущение, что обязательства, под которыми они подписывались, тоже набраны мелким шрифтом и в самом подвальчике договора. Не все сразу замечали. Но теперь и не надо. Как говорят французы, вуаля. Или, как говорим мы, за что боролись…
Совет ЕС по экономике и финансам экстренно их отменил. В смысле, еще не финансы, но уже требования к их использованию. Это их, общеевропейский, ответ пандемии. Каждый выбирается из нее и побочной от нее рецессии сам. Без оглядки на ограничения. Прежде-то, по правилам единого евро, дефицит госбюджета не мог превышать 3% ВВП, а госдолг – 60. Мораторий же на Пакт позволяет набрать кредитов столько, сколько дадут. Да, потом их надо возвращать. Но сейчас главное, чтобы было кому.
Хотя вопрос, кто даст, тоже не праздный. Если даже Германия – локомотив ЕС – и та из-за коронавируса только в этом году может выпустить в свисток под 700 миллиардов евро. Что уж говорить об Италии. Она, кстати, и до всех этих бед едва ли не больше всех страдала от финансового диктата Брюсселя. Не позволял ей выходить за рамки бюджетных правил под угрозой санкций. Кто знает, имей она их в виду, может, ей было бы легче сейчас перенести болезнь. Впрочем, это вряд ли. Уж очень они не ожидали такого вот COVIDа. А теперь теряют не только жизни, но и по 100 миллиардов ежемесячно.
Чтобы остановить потери хотя бы миллиардов, членов ЕС тоже переводят на "удаленку" от жестких монетарных норм, пусть за счет займов спасают свои подорванные карантинами экономики от банкротств, а предприятия от разорений. Это притом, что даже в разгар кризиса 2008 года Брюссель не отменял Пакт и не отказывался от строгой финансовой дисциплины. Некоторые, правда, делали это без его разрешения. В итоге потратили несколько триллионов евро на реанимацию своих банков.
Именно это почти привело к дефолту Грецию, Кипр, Ирландию, Португалию, Испанию, Италию. Так, собственно, и возникли сомнения в существовании европейской валюты. И ведь они не рассеялись до сих пор. Хотя после пандемии такой проблемы уже может и не быть. В смысле, нет евро – нет проблемы. Многие же, вкусив свободу, могут и не захотеть обратно – в зону.
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
