Даже он, активный борец за международное признание коки, представить не мог, насколько велика ее польза для человеческого организма. По крайней мере, для его организма. Не расширь Эво Моралес плантации этого растения двукратно, возможно, ему и скрыться сейчас было бы негде. А так его спрятали производители этой самой коки. Получилось, за что боролся, там и пересидел. Пока его не увез самолет мексиканских ВВС. Хотя его охотно приютили бы и в Каракасе, и в Гаване. И Аргентину возглавил не чужой ему по идеологии президент. Но Андрес Лопес Обрадор обрадовал его первым.
Мексика предоставляет Моралесу политическое убежище именно потому, что на родине "его жизнь и здоровье находятся под угрозой". И это с их стороны не только гуманно, но еще и чрезвычайно смело, и где-то даже находчиво. Если Мехико представился случай доказать своему буйному соседу сверху свою независимость от его буйства, то почему бы им не воспользоваться и не принять у себя одного из самых ярких критиков Соединенных Штатов. И пусть теперь у них глаз видит, да зуб неймет.
А ведь еще и Парагвай пропустил борт с Моралесом через себя. Мог, как Перу, струхнуть и отказать в воздушном пространстве, чтобы выслужиться перед Вашингтоном. Стало быть, тоже из сочувствующих. А, может, президент Бенитес, не зря же правый, решил, что он бессмертный. Напрасно. Переворот – это в Латинской Америке вновь порядок вещей. США и не скрывают, что в отношениях с этой географией они живут "задним двором". Так что, если кто к нему не пришелся, должен ждать, что придут за ним.
Можно представить, что сделали бы с Моралесом, останься он в Боливии. Его резиденцию разнесли, его дом разгромили. Наверное, хотели всего лишь разграбить. Но оказалось, что ни золотого унитаза, ни раритетов, ни богатого убранства. Не лачуга, конечно, крестьянская, из которой он вышел в люди. Но та же бытовая лаконичность – ничего лишнего. Он жил, как правил – честно. И по-честному хотел еще. Очень-очень хотел. Поэтому на все сто процентов по-честному у него не получилось. Даже на все 47. Но он потому и ушел, чтобы остаться честным и перед ними, и перед самим собой.
А им он оставил страну, которую вытащил из нищеты и превратил в суверенный и весьма привлекательный субъект международного права. И вот его нет всего ничего, а Боливию уже не узнать – пошла вразнос. Баррикады, мародеры, огонь. Не справляются ни армия, ни полиция, тоже требовавшие его отставки ради спокойствия, а, по сути, предавшие его. Нет власти. Парламент эвакуировали. Лидеры протеста держат паузу. Потому что Штаты пока не определились, на кого из них ставить. Видимо, даже для них все произошло здесь гораздо быстрее, чем репетировали.
Зато Трамп уже знает, кому это выгодно. Говорит, что народу и демократии, а сам дает Ла-Пас радикалам еще и в Венесуэле с Никарагуа. Мол, вы следующие. Начинайте, мы подхватим. Грезит далеко идущими выводами. Хотя и в Боливии еще совсем не все так однозначно. Моралес улетел, но обещал вернуться. Первый индеец, но не последний из могикан. Топор войны у него дома не нашли. Может, успел зарыть. А, может, и увез с собой.
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
Подарим умные стильные наушники подписчику радио Sputnik. Подробности тут.