Участники:
– Ричард Шепард, судмедэксперт, автор книги "Неестественные причины";
– Роман Романов, директор Музея истории ГУЛАГа и руководитель Фонда Памяти;
– Павел Подкосов, директор издательства "Альпина нон-фикшн".
Ведущая: Наталья Ломыкина.
__________________________________________________________________________
ХРОНИКА ЛИТЕРАТУРНОЙ ЖИЗНИ
В 2015 году библиофил Владимир Петрицкий передал в Музей истории ГУЛАГа около восьми тысяч книг – прижизненные издания репрессированных писателей, деятелей искусства, ученых, общественных деятелей. Владимир Петрицкий начал собирать их в 1963 году после начала процесса реабилитации жертв политических репрессий. Он собирал именно книги репрессированных, потому что знал цену их слова – его собственный отец был расстрелян в 1935-м. Многие вошедшие в коллекцию книги были изданы в 20-30-е годы XX века. Их изымали из обращения в связи с репрессиями авторов и больше уже никогда не печатали. В прошлом году на основе коллекции Петрицкого Музей истории ГУЛАГа издал каталог 600 произведений авторов, репрессированных в годы советской власти. Среди них особое место занимают стихи. В музее решили дать им новое звучание и соединить с музыкой современных композиторов, получился проект "Библиотека репрессированных поэтов, рассказал директор Музея истории ГУЛАГа и руководитель Фонда Памяти Роман Романов.
"Репрессивная система уничтожала не только человека, но и память о нем. Мы пришли к пониманию, что необходимо вернуть имена жертв государственного террора, поименно назвать всех, постараться вернуть их слова, дела и результаты творчества. В Музее мы используем разные способы осмысления произошедшего, возвращения имен и памяти о людях – создаем выставки и издаем книги, ставим спектакли и открыли театральную лабораторию, а сейчас предложили молодым композиторам написать произведения на стихи репрессированных поэтов", – рассказывает Роман Романов.
Музей истории ГУЛАГа запустил собственную издательскую программу, где уже вышли первые прозаические книги: документальная проза Ирины Ратушинской "Серый – цвет надежды" и сборник Леонида Городина "Одноэтапники. Невыдуманные рассказы".
"Серый – цвет надежды" – практически единственная книга о женской политической колонии строгого режима. Ирина Ратушинская написала ее в 1987 году через несколько месяцев после того, как ее освободили из заключения. Ирину осудили по 70-й статье – антисоветская агитация и пропаганда – на семь лет колонии строгого режима с последующей ссылкой на пять лет. Пять пунктов приговора составляли стихи Ирины. Их квалифицировали как "клеветнические документы в стихотворной форме". Ирина очень хотела сохранить достоинство и "выйти из этой борьбы победителем… мертвым или живым, но победителем". Ратушинской это удалось. "Серый – цвет надежды" уже переведен на несколько языков и издан более чем в 20 странах.
Кроме документальной прозы в книгу вошли стихотворения, процитированные в пяти пунктах приговора, биография автора, информация о ее соузницах Малой зоны, редкие фотографии из семейного архива, "ксивы" – письма, переданные Ириной Ратушинской на волю в обход лагерной цензуры, и текст приговора (20 машинописных страниц). Приведу цитату Ратушинской: "Законный вопрос: что в этой книге – правда, а что художественный вымысел? Отвечаю сразу: вымыслу в этой книге места нет".
Сборник Леонида Городина “Одноэтапники. Невыдуманные рассказы” о воркутинском исправительно-трудовом лагере написан в 60-ые годы прошлого века и частично даже напечатан в газете "Заполярье", но полностью публикуется впервые. Это рассказы о судьбах заключенных, работавших на лесоповале и стройках Воркутлага, о жизни в заключении.
КНИЖНЫЙ РАЗВОРОТ
В издательстве "Бомбора" вышла книга "Неестественные причины". В Великобритании она стала бестселлером в считанные дни после публикации. Права уже проданы в 19 стран мира, а The Times признала ее главной книгой года. Откуда такой резонанс? Смотрите на подзаголовок – "Записки судмедэксперта: громкие убийства, ужасающие теракты и запутанные дела". Автором книги стал главный судмедэксперт Великобритании Ричард Шеперд. За 40 лет практики он провел более 23 тысяч вскрытий, и ему приходилось искать причины смерти в самых запутанных и сложных расследованиях.
В книге Шеперд рассказывает о громких и запутанных делах – от смерти принцессы Дианы до терактов 11 сентября 2001 года в США. Огромный опыт, профессионализм, наблюдательность и хладнокровие позволяют ему находить ответы даже в самых сложных случаях. Доктор Шеперд известен, например, тем, что по ножевому ранению определяет, каким именно ножом оно сделано. Он посвятил целую главу своей книги автокатастрофе, в которой погибла принцесса Диана. Шеперд доказывает, что смерть леди Ди–цепь случайностей. У принцессы был шанс на спасение, пишет он, – ведь ее быстро извлекли из машины и забрали в больницу. Но никто не знал про небольшой разрыв в вене одного из ее легких. Кровь вытекает из такой раны медленно, а обнаружить ее сложно.
"Ее смерть стала классическим примером того, как мы говорим практически после каждой смерти: если бы только. Если бы только она ударилась о сиденье немного под другим углом. Если бы только она полетела вперед со скоростью на 10 км/ч меньше. Если бы только ее сразу же положили в скорую. Самое же большое "если бы только" в данном случае находилось под собственным контролем Дианы - если бы только она пристегнула ремень безопасности. Будь она пристегнута, она бы, наверное, появилась на публике два дня спустя с кровоподтеком под глазом, возможно, слегка запыхавшаяся из-за поломанных ребер, а также с подвязанной сломанной рукой".
Ричард Шеперд решил стать судмедэкспертом, чтобы добиваться правды, помогать убитым горем родственникам, оправдывать невиновных и сажать за решетку преступников. "Неестественные причины" – результат многолетней работы. Шеперд раскрывает свой рабочий журнал и через работу патологоанатома проводит читателя с места преступления в зал суда, весьма увлекательно показывая и процесс своей работы, и те последствия, которые она имеет.
В книге "Неестественные причины" Ричард Шеперд много пишет и о личном. Например, описывает свое первое вскрытие в медучилище, когда впервые держал в руке человеческое сердце и думал о своей покойной матери, которая умерла слишком молодой от сердечного приступа. Он рассказывает о своих пятерых детях, которые однажды даже помогли ему раскрыть запутанное дело с ножевыми ранениями, о жене, которая тоже работает врачом. Но больше всего он размышляет о загадке жизни и смерти и о том, как много тело может рассказать о нас даже тогда, когда все уже кончено.
АКТУАЛЬНОЕ ЧТИВО
Какие еще новинки нон-фикшн стоит прочесть в наступающем апреле? Об этом я спросила человека, который выпускает на русском языке самые интересные научно-популярные книги – директора издательства "Альпина нон-фикшн" Павла Подкосова. В эфире радио Sputnik он рассказал о книге Ли Дугаткина и Людмилы Трут "Как приручить лису (и превратить в собаку). Сибирский эволюционный эксперимент".
Это попытка пройти эволюцию на высоких скоростях. Процесс одомашнивания лисицы, аналогичный превращению волка в собаку, занявшему в природе тысячи веков, был пройден всего за несколько поколений животных, практически на глазах ученых. В 1959 году биологи из Академгородка Дмитрий Беляев и Людмила Трут начали работать с несколькими десятками лисиц, содержавшихся на сибирских зверофермах. Лисы относятся к семейству псовых, и ученые хотели воспроизвести в реальном времени ход эволюции от волка к собаке. В результате эксперимента получились мохнатые, вислоухие животные, приветливо виляющие закрученными вверх хвостами.Книга "Как приручить лису" – удивительный рассказ об истории этого эксперимента, о повседневной работе ученых и дружбе человека и собаки.
В преддверии Дня космонавтики Павел Подкосов рекомендует обратить внимание на книгу "Аполлон-8. Захватывающая история первого полета к Луне" Джеффри Клугера о том, как человек впервые вышел на орбиту Луны, впервые увидел восход Земли из космоса и многие другие важные для покорения космоса вещи сделал впервые.
"Есть ли обыденный способ сказать жене, что ты летишь на Луну? "Ухожу в море" или "иду на войну" – привычные для мужчины фразы, такое говорили женам в течение многих тысячелетий. Но если ты отправляешься к Луне, то слова для такой новости приходится находить самостоятельно".