Раскол и выгода едины: Порошенко делает ход конем – раскольники скачут

Томос об автокефалии вконец вскружил голову президенту Порошенко. Он даже попытался "втереть в доверие" к Иерусалимскому патриарху привезенных на Святую землю незалежных раскольников. Предчувствуя непочтительный ход, патриарх Феофил сказался больным и не принял Петра Алексеевича с его "делегатами". Правда, уже на следующий день глава Иерусалимского патриархата в добром здравии общался с представителями канонической Украинской православной церкви.

Почувствовал ли в этот момент Петр Порошенко щелчок по носу, неизвестно. Скорее, нет, потому что бывают люди с репутацией "плюнь в глаза – скажет, божья роса". Может быть, именно так он и говорит, имея в виду какого-то своего, отдельного от всех других, правильного и, конечно, незалежного "украинского бога".

Своя мысль на уме и у схизматика Филарета, произведенного президентом Порошенко в какие-то загадочные "почетные патриархи". Ради этой "задней мысли" Филарет Денисенко проявил исключительную для собственных 90 лет прыткость. В один день посетил и съезд партии "Батькивщина", на котором выдвигалась в президенты Юлия Тимошенко, и действующего президента. Тот, изображая из себя персону с "рукой дающего, которая никогда не оскудевает", вручил Денисенко сразу два ордена – в довесок к званию героя Украины. Филарет – в патриаршем облачении, разумеется – изобразил на лице строгое почтение.

Они прекрасно смотрятся в паре – Порошенко и Филарет. Первый, едва научившись правильно произносить слово "автокефалия", наломал целую поленницу дров, которые теперь без устали сует в печь религиозного раздора. Второй – кстати, выступая на упомянутом съезде партии Юлии Тимошенко, – изо всех сил уверял (разве только не крестился), что действия Порошенко не являются вмешательством в дела церкви. А чем они на самом деле являются, так и не сказал.

Эти двое все время вызывают в памяти антиклерикальную шутку раннесоветских времен: "Почем опиум для народа?". В случае с Порошенко и Филаретом – вопрос не анекдотический. Они знают цену своей активности. Для одного цена – второй президентский срок. Для другого – мечта о первом, легитимно патриаршем.