То, что время это должен дать Брюссель (а ему это зачем, если он, получается, преимуществ лишится), не сказал. Но сейчас не это важно. Важен момент. А он для таких откровений самый подходящий. Статья вышла как предисловие к выступлению Джонсона на ежегодной конференции консерваторов в Бирмингеме. Съезде, который заранее окрестили определяющим. Если не последним для премьерства Терезы Мэй. Не просто же так букмекеры называют экс-главу Форин-офиса своим фаворитом.
Это не значит, что так же считают и его однопартийцы. В их списке 27-ми претендентов на смещение Мэй, по слухам, сокращенном уже до 15-ти, он даже не в тройке. Но активность, с которой нынешний глава МИД Хант и министр обороны Уильямсон взялись доказывать свою значимость и мировую известность, и его побудила не отсиживаться в кустах, а выйти в поле брани. Тем паче Brexit – это его тема. А там после саммита ЕС тупик – и опять, как говорится, конь не валялся. А тут он на своем, на белом коне и на голубом глазу: если нельзя, но очень хочется, то можно и перенести.
Но уже предлагает договариваться с ЕС по образу и подобию Канады. Детали их соглашения не уточняет, возможно, потому что сам не в курсе. Зато знает главное: Канада не входит в ЕС, но между ними зона свободной торговли и Канаду это устраивает. А то, что предлагает Мэй, не устраивает никого. Причем по обе стороны Ла-Манша. "Жесткий выход", который лоббировал Джонсон, пока Мэй не отправила его в отставку, Брюсселю, понятно, тоже не подходит. Но потому он и просит еще полгода, что тем самым как бы демонстрирует готовность к компромиссам.
Другой вопрос, где он эти полгода возьмет. Ему, конечно, можно простить, что занятый разводом с женой и своим хозяйством, из-за которого, собственно, и развелся, он совсем забыл, что ЕС наотрез отказался менять сроки. Можно допустить, что у него вылетела из головы и его клятва о том, что Британия выйдет из Евросоюза в последний день марта 2019-го и ни секундой позже. Но чтобы добиться отсрочки в переговорах, которые официально закрываются в ноябре, ему нужно как минимум стать премьером. А если успеет, то ему уже будет неважно, дадут ему отсрочку или нет. "Жесткий Brexit, forever", как он и хотел. Классика.
Но это не "Борис Годунов". Скорее, сказка Пушкина. Кабы я здесь был премьером, я б Канаду взял примером. И, не углубляясь в лес, с них списал контракт с ЕС. А пока познаю суть, нам бы Brexit тормознуть. Вот Гвидон, сказала Мэй, я на свете всех мудрей. И, чтобы поставить точку, на Бориску катит бочку. Засадить б его – и в море, и не знала б она горя. Только все это напрасно. Всем уже повсюду ясно, лишь она в толк не возьмет: он же все равно всплывет.
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik